— Его нет, и никогда не было в нашей жизни, — отрезала я, а глубокая обида больно кольнула сердце. — Я виновата перед Алёной и тысячу раз пожалела об этом…
Внезапно моего подбородка коснулись его пальцы. Влад поднял моё лицо и снова заглянул в глаза. Он был слишком близко, смотрел так, словно в душу пробирался, и видел всё то, что я надеялась никогда и никому не рассказывать.
— Если всё так, почему в твоих глазах страх, а не раскаяние? — Ярчинский впервые обратился ко мне на «ты».
В низком бархатном голосе ни грамма сомнений. Он не верил мне.
— Потому что сейчас я больше всего боюсь, что ты передумаешь, — на этот раз отвечаю честно. — И всё закончится.
— Тогда попробуй сказать мне правду.
Повисла долгая пауза. Во мне разом боролись две женщины. Одна из них слабая и трусливая — она просила меня рискнуть и рассказать правду, лишь бы продолжать видеться с Алёной. А другая — разумная и осторожная — кричала этого не делать.
— Возможно, я мог бы помочь, — вкрадчивый голос Ярчинского хитрым змеем вторгся в мою внутреннюю борьбу.
Пальцы Влада продолжали мягко сжимать мой подбородок, а взгляд не отпускал. Вдоль позвоночника прошёл неприятный холодок. Мы не должны сидеть так близко. Это плохо. В первую очередь мне. Отстранилась и поднялась с дивана.
— Я не могу, — мой голос предательски дрожал. Я слишком сильно разнервничалась.
— Наташа, подожди. — Ярчинский тоже поднялся и зацепил меня за локоть.
Я моментально высвободилась, пряча взгляд.
— Уже поздно, Влад. Спокойной ночи, — и прежде чем он успел сказать что-либо, я вышла из комнаты.
Глава 10
Владислав.
Едва я успел перешагнуть порог дома, как на лестнице послышался сбивчивый топот каблучков. Отлично. Жанна дома и она явно ждала меня. После того, как стало известно о болезни Надежды, мы сильно отдалились друг от друга. А после переезда Алёны в наш дом, между нами возникла огромная пропасть недопонимания и негласная борьба правого и заблуждавшегося. Естественно роль заблуждавшегося, по мнению Жанны, досталась мне. Я же с этим был категорически не согласен. Её нежелание принимать неродную племянницу постоянно сталкивало нас в конфликты. И они мне порядком надоели.
Стоило лишь посмотреть в горящие глаза жены, мне стало понятно — встречать меня намерены очередным конфликтом. А я до чёртиков устал на работе, не говоря уже о том, что поехал в офис сразу из аэропорта.
— Привет, — поздоровался первым, делая вид, что не замечаю воинственный настрой Жанны. — Надеюсь, я успел к ужину? Я голодный как стая волков.
— Нам надо поговорить, — нервно заявила жена, с вызовом задрав подбородок.
Жаль, мою попытку сгладить очередную перепалку не оценили.
— Сначала поем, — отрезал я хмуро и направился на кухню, по пути снимая пиджак.
Жанна затопала следом. Удивительно, как у неё голова не болит от вечного звона своих каблуков. Ведь даже домашнюю обувь она умудрялась выбирать с добавкой сантиметров к росту.
— Что у тебя с Натальей Райнес? — на ходу выпалила она.
От подобного вопроса я завис на пару секунд.
— Ты о чём? — нахмурился, обернувшись.
Я женился рано. В двадцать два года. Жанна училась со мной на одном курсе, редкая красавица, у которой поклонников отбоя не было. Тогда мне казалось, что если не утащу её в загс, это непременно сделает кто-то другой. Ведь я сам отбил свою будущую жену у парня, с которым она встречалась ещё со школы. Она ждала его с армии, и как это часто бывает — не дождалась. У нас было всё, через что проходит молодая супружеская пара в браке: и страсть, и ревность, и кризис в отношениях. Семь лет назад мы едва не развелись, но справились с проблемами и многое переосмыслили. Стали спокойнее смотреть на многие вещи и больше доверять друг другу. И вплоть до этого вопроса, я считал, что Жанна переболела маниакальной потребностью контролировать каждый мой шаг.
— Это ты мне ответь, что происходит, Влад? — продолжает кипятиться она. — Ты брал с собой эту куклу на выставку Алёны!
В дверях столовой появилась Стася, наша домработница. Видимо она хотела уточнить, накрывать ли на стол, но замерла, услышав вызывающий тон моей супруги. Стася тихо развернулась и скрылась из виду, вновь оставив нас наедине.
Вздохнул, с досадой понимая, что ужин мне всё-таки придётся отложить. Переполошить весь дом ссорой с женой мне хотелось меньше всего. Я не любил присутствие посторонних в моём личном пространстве, но с переездом в коттедж, Жанна настояла на помощнице. Согласен, поддерживать чистоту в большом количестве квадратных метров одной женщине сложно, поэтому я не возражал её желанию нанять в дом прислугу. Но уж накрыть ужин для мужа после утомительного рабочего дня жена могла и сама. Вместо того, чтобы с порога устраивать разборки.