Выбрать главу

— Макс, — позвал негромко. Ноль реакции. — Макс! — уже громче.

Это сработало. Что старшее, что младшее чадо синхронно вздрогнули и, стянув наушники к плечам, обернулись. Тёмные, в точности как у матери, глазки племянницы сияли озорством. Но лишь мгновение. Стоило лишь Алёне увидеть меня, и виртуальная реальность игры развеялась вокруг неё, напоминая о реальных событиях. Её лицо помрачнело, стало виноватым и грустным. Ох, Жанна, что же ты наговорила с горяча десятилетнему ребёнку?!

— Я до тебя не мог дозвониться, — Макс нахмурился, в глазах стоял по-мужски решительный блеск.

— Телефон оставил дома, — невольно поморщился, вспоминая свой резкий побег к Наташе.

— Мама тут с ума сходила, пока тебя не было, — резко обвинил он. — Она за тобой поехала? Вы помирились?

— Нет, — коротко ответил на все вопросы.

Макс зажмурился словно от боли и отвернулся. Его движения были резкими и нервными. Мой сын переживал. Происходящее между мной и Жанной задевает его, делает больно. Я это чувствовал, но ничего сделать не мог. Решение принято, и даже сын не сможет повлиять на его исход.

Подошёл к Максу, не зная, как начать разговор.

— Нам надо поговорить. Алён, можешь оставить нас ненадолго? — попросил племянницу. — Я зайду к тебе чуть позже.

Она лишь послушно кивнула и спустя пару секунд уже скрылась за дверью.

— Макс…

— Так значит, это правда? — перебил сын, бросив на меня холодный взгляд. — У тебя появилась другая женщина?

Я поджал губы. Рано или поздно он всё равно узнает правду, но именно сейчас это лишнее.

— Макс, — повторил я, игнорируя вопрос. — Ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь. И то, что мы с твоей мамой перестанем быть вместе, не изменит моего отношения к тебе.

— Да как так-то?! — сморщился он, закрывая глаза. — Вы же столько раз ругались, мирились, а теперь, спустя столько лет, ты хочешь бросить нас?

Определение «нас» сильно бьёт по мозгам. До одури больно, но, дьявол, по-другому это быть не могло.

— Тебя я ни за что не брошу, — осипшим голосом произнёс я.

— Я не маленький, па, — горько хмыкнул Макс. — Переживу. А вот мама… она сломается. Уже сломалась. Я никогда её такой не видел. — Он прищурился, глядя на меня хмурым воинственным взглядом. — То, что я заступился за мелкую, ровным счётом ничего не значит. Я просто обещал тебе присматривать за ней, а свои обещания я держу. Но, в отличие от тебя, маму ни за что не брошу.

Я понимал, что так будет. Практически всегда виноватым в разладе семьи остаётся тот, кто уходит. Но я приложу все усилия, чтобы наши отношения с Максом не испортились. Поговорив с сыном, я ушёл к Алёне. Сейчас главное объяснить племяннице, что её вины в нашем разводе с Жанной нет.

Негромко постучал в дверь. Алёна открыла сразу же, словно всё это время стояла у входа.

— Можно? — изобразил подобие улыбки и поднял бровь. Меня тут же пустили внутрь комнаты.

— Дядя Влад, если всё это из-за меня… — начала было племянница, но я жестом руки прервал её.

— Нет, Алён, ты ни в коем случае не виновата в наших с Жанной проблемах. Поверь, у нас их всегда хватало.

— Но…

— Я не знаю, что она тебе наговорила, но я искренне прошу у тебя прощение за то, что тебе снова от неё досталось. Обещаю, впредь такого не повториться. Сегодня уже поздно, но уже завтра мы переедем в другое место, и Жанна не сможет больше на тебя нападать.

— Переедем? — Алёна округлила глаза. — А Максим?

— Максим решил остаться тут.

— Получается, вы с ним перестанете видеться? — прошептала она немного взволнованно.

— Обязательно будем видеться. Мы ведь не уедем в другой город. Просто жить будем в разных домах.

Кажется, мой ответ совсем не успокоил её. Алёна подняла на меня круглые глаза, в них мелькнул какой-то необъяснимый отчаянный блеск.

— Может быть всем будет лучше, если ты… — она запнулась, не решаясь продолжить, набрала полную грудь воздуха и сказала на выдохе: — откажись от опеки надо мной. Я не буду держать обиду, обещаю.

— Алёна! — строго произнёс я. — Даже думать так не смей, не то, чтобы вслух произносить. Ты дочка моей сестры, моя племянница. И я никуда тебя от себя не отпущу, пока тебе не исполнится восемнадцать. Поняла меня?

Она густо покраснела и потупила взгляд.