На маньяка он не похож. А вот на того, кто не видит никаких препятствий к цели и ничего не делает просто так — очень даже. Но я это не озвучиваю. Себе дороже. Лазарев — Егор называл эту фамилию. Она принадлежит его матери. Но кто такой Марк Федорович, я понятия не имею.
— Давай так, — гнет свою линию гость Рустама, — Я ему сейчас наберу. Он сюда приедет. Вы поговорите. А потом уже будет видно.
— Вы меня мужу не отдадите? — интересуюсь простодушно. Понимаю, что легко могут обмануть… Но что мне еще остается?
— Нет, Нина. Я же тебе всё сказал вчера, — горячится Рустам.
— Хорошо. Я поговорю с этим человеком, — соглашаюсь я, не представляя, как поступить правильно.
Я завишу от Рустама. Теперь, похоже, И от Клима. Но уйти на улицу, значит попасть в руки людей Артура.
— Ну, вот и умничка, — хвалит меня Клим.
Достает свой сотовый. Видимо, он ничего не любит откладывать в долгий ящик.
Дозванивается сразу же.
— Добрый день, Марк Федорович. Это Клим Александрович Шахов. Со мной связывались ваши безопасники и интересовались девушкой. Ниной.
Ему что-то говорят. Я пытаюсь разобрать, но стою слишком далеко.
— Ситуация щекотливая. Девушка согласна с вами поговорить. А дальше всё будет зависеть от вашего разговора.
Снова реплика его собеседника.
— Где встретиться можно? Сейчас спрошу, — Клим закрывает телефон рукой и спрашивает, но не у меня, а у Рустама, — Сюда звать?
Рустам отвечает тут же:
— Зови. Я в курсе, кто такой Лазарев. Вполне адекватный. А ее куда везти — босиком?
— Тоже верно, — соглашается Клим и продолжает телефонный разговор, — Можете подъехать по адресу? Куда именно, пришлю сообщение.
— Через два часа? уточняет и сразу же принимает условия, — Хорошо.
Отключается, попрощавшись.
— Удался у тебя отпуск, — говорит Рустаму, — Кофе меня напои, что ли. Какой-то ты негостеприимный сегодня.
— Да ты, как заявился, орать начал. Какое тебе гостеприимство? — возмущается хозяин квартиры.
Я раздумываю, куда податься мне.
— Пошли, Нина. Позавтракаешь, — обращается ко мне Рустам.
Есть хочется. После таких нервов, тем более. Но в компании двух мужчин мне неуютно.
— Не съедим мы тебя, — вклинивается Клим, — Я вообще кофе попью и поеду. Дальше сам разберешься?
Это он адресует Рустаму.
— Я в детский возраст по-твоему впал? — огрызается тот.
— Можно я тосты сделаю? — вмешиваюсь я в их диалог.
— Разумеется, — отвечает Рустам.
По кухне начинают витать довольно соблазнительные ароматы. Напряженная обстановка незаметно остывает.
Глава 8
Нина
Начальник Рустама держит слово — допивает кофе и прощается. Рустам идет его провожать в прихожую. Они там тихо о чем-то разговаривают. Но ведь это может меня и не касаться?
Я стараюсь держать себя в руках, потому что это кем же надо быть, чтобы после всех разговоров выдать меня Артуру?! Мне хочется надеяться, что Рустам — не такой. Нет, я уверена, что он не такой! Он же жизнью рисковал, спасая меня. Ему проще бы было не вмешиваться.
Рустам возвращается на кухню, садится завтракать, посматривает время от времени на меня.
— Ничего не бойся. Мужу тебя не отдам.
Для меня его слова очень много значат. Потом ему звонят, он отвечает. И я понимаю, что встреча с этим самым Лазаревым предстоит не в какой-то отдаленной перспективе. А уже минут через пятнадцать. И мандраж одолевает меня с новой силой. Сидеть и трястись под взглядом Рустама мне совсем не хочется, поэтому я убираю со стола и мою посуду, а потом ухожу в ту комнату, в которой я спала.
— Я тебя позову, — доносится мне вслед.
— Хорошо, — отзываюсь, потому что надо что-то сказать. Вряд ли моё "хорошо" имеет хоть какое-то значение.
В комнате бросаю вокруг себя растерянные взгляды. Зачем я вообще сюда пришла? Здесь мне ни от кого и ни от чего не спрятаться. Да и моего здесь тоже ничего нет. Подхожу к окну и смотрю на улицу, просто, чтобы себя чем-то занять. Это окно выходит на дорогу, по которой бесконечной рекой текут автомобили. У каждого свои дела, и люди торопятся заниматься ими. Глядя на этот поток, особенно остро чувствую свою беспомощность. Я ввязалась в то, что мне не по силам. Но даже если бы мы не встретились с Егором, моя судьба вряд ли закончилась хорошо. Артур — жестокий человек, которому нравится издеваться над слабыми, причинять боль. Мне повезло, что всё это не касалось ребенка. Но не от великой любви, а из циничного расчета. Артур говорил, что если бить собаку, которая охраняет твой дом, в самый нужный момент она вместо того, чтобы защищать его, вцепится тебе в руку. Поэтому он всегда старался расположить Давида к себе. А я боялась за сына и старалась, чтобы он не замечал, как тот обращается со мной.