У сестры звонит сотовый. На экране многозначительная надпись: "Он"
Соня вздрагивает, а мне хочется найти этого мудака и переломать ему ребра. До чего он её довел?!
— Хватит, Соня! — твердо говорю я, — дай мне телефон. Я сам с ним поговорю.
Она медленно передает мне сотовый.
Глава 24
Егор
— Ну, наконец-то… А я уже думал, ты не ответишь, — раздается в трубке мужской голос.
И мне он не нравится с первого звука. Хотя бы потому, что сестра покрывается мертвенной бледностью. Хоть и до этого момента я не заметил, что она могла похвастаться здоровым румянцем.
— Она и не ответит, — говорю, сдерживая ярость.
Марк всегда учил, что с оппонентом нужно общаться с холодной головой. Только тогда будет результат. И я склонен ему верить.
Секундная задержка, такая маленькая, что почти незаметно. Но я замечаю.
— Кто это? — голос взрослый. Явно страше меня… Соня, Соня, зачем? Во что ты ввязалась?
— Брат, — отвечаю коротко. Понятия не имею, что тот, с кем я разговариваю знает о Софии. Я о нем не знаю ничего.
— Ах, бра-а-ат, — тянет, как мне кажется, ухмыляясь, — Сестру к телефону позови.
— Она не может… — он, что, всерьез считает, что прогнет меня?
— Лучше ей смочь, — роняет мой неизвестный собеседник, — Иначе у неё будут неприятности.
— Она не сможет. Никогда больше. И если у моей сестры будут неприятности, то и у тебя тоже. Даже не сомневайся. Пока, старпёр, — на этой позитивной ноте я сбрасываю вызов.
Соня смотрит на меня с ужасом.
— Не надо было. Он страшный человек… — шепчет пересохшими губами.
А я смотрю на нее и думаю, что за радость взрослым, состоявшимся мужикам калечить жизни и психику юных девчонок? Зачем?! Что по-другому не могут совсем? Тогда не лезли бы.
— Соня! Рассказывай, — велю сестре.
Она смотрит на меня так, как будто я ее в огонь заставляю прыгнуть.
— Я не смогу… Тебе не смогу рассказать, — хрипит.
Верю, что мне не сможет.
Её телефон тренькает пришедшим сообщением. Смотрю. Снова от того же абонента. Вот упертый… Это видео.
Соня подскакивает ко мне, делает попытку вырвать телефон.
— Не смотри! — кричит на всю палату, трясясь, как осиновый лист.
Это точно Соня? Она же не была никогда такой. Настолько уничтоженной.
— Не буду, — у меня нет цели ее добить. Если там что-то такое, что ей так сильно не хочется, чтобы я увидел, то я смотреть не буду.
Но у меня есть цель помочь ей выбраться из болота, в котором она увязла. Ей нужна помощь. Это очевидно.
Мне плевать, что очередной говнюк вообразил себя Господом Богом, эти игры пора заканчивать. Пришло время.
— Соня, возьми себя в руки. Ты же сильная…Я не буду смотреть, если ты не хочешь. Но телефон тебе не отдам. Я сейчас позвоню маме. Она приедет. Заберет тебя. И ты ей всё расскажешь. А она тебе поможет. И тебе больше не придется бояться. Ни этого мудака, с которым ты связалась. Ни какого-то другого. Слышишь меня?
Глаза у сестры бегают по палате. Что такого она натворила, что даже матери не хочет признаваться? При всем том, что мать не станет выносить мозг в кризисной ситуации. И упрекать ни в чем не станет… Поможет, поддержит, разрулит… Но потом заставит сделать нужные выводы, потому что жизнь продолжается. И нужно учиться на своих ошибках. Только так можно вырасти.
Соня сникает, обнимает себя руками. Присаживается на стул возле моей кровати. Опускает голову.
— Так будет лучше, Соня! — с горячностью убеждаю ее я.
Она молчит. Молчит долго. Её отчаяние заполняет мою палату.
— Звони… — в итоге соглашается, — Ты прав. Со всем этим пора заканчивать.
После этого отворачивается от меня. Ничего больше не говорит. Да я и не спрашиваю. Главное, чтобы с матерью не молчала.
Набираю ей. Отвечает не сразу.
— Да, Егор? — видимо, занята.
Но дела подождут.
— Мам… Приезжай в больницу. Тут Соня… Ты ей очень нужна, — знаю, что больше ничего не требуется. Что скоро она будет здесь.
За время ожидания не выдерживаю и беру сестру за руку. Невыносимо видеть её такой. Погасшей. Словно выжженной дотла. Но она — сильная! Она сможет со всем справиться.
Мать приезжает быстро. Торопясь, заходит в мою палату. И замирает у входа. София поднимает на нее взгляд.
— Мам… Нам нужно поговорить… — выдавливает из себя.
Сонин телефон снова трезвонит. И опять этот мужик.
Отдаю гаджет матери.
— Пока не разберешься, телефон ей не отдавай. К ней какой-то гондон привязался…
Мать кивает. Протягивает Соне руку и уводит её.