Молча кивает и отходит к холодильнику, изучая содержимое. Больше в беседу не вступает. И выглядит крайне странно в своём белом платье, как невеста, которая вдруг решила сварганить обед.
Сагалов отказался от ужина. Но мы с ним решили много нюансов. А главное: дети ещё завтра пробудут у них. Мне это на руку, хотя мой режим пойдет коту под хвост. Конечно, у Стаси свои правила, она умеет организовать табор малышни, но мои бандиты будут вить из нее верёвки.
Как только за Сагаловым закрылась дверь, я потер глаза и посмотрел на часы. Чёрт. Встреча. Я напрочь забыл о ней. На телефон прилетело сообщение от охраны ровно в тот момент, как в дверь раздался звонок.
Это все Илюха, каждый разговор с ним это хохма. Вот и вылетели из головы мои личные планы.
- Амелия, накрывай на стол, скоро буду.
Да, как только отправлю гостью.
- Милый, я так соскучилась!
На мою шею вешается Ангелина и целует в засос. Мои руки на автомате обвивают тонкую талию. Умеет целоваться так сладко, что мозги отключаются за секунды.
- Детка, прости, но сегодня никак.
- Что?! Это кто такая?!
Ангелина всегда отличалась крутым нравом, и ревновать она умела очень сексуально.
- Ты кто такая? Его любовница малолетняя?!
Моя гостья хватает Амелию за руку и хорошенечко ее встряхивает.
Моя гостья не теряется и ловко вырывается из хватки, схватив Ангелину за руку и заломив эту самую руку за спину, взяв контроль над ситуацией.
- Будущая миссис? - смотрит на меня иронично, удерживая визжащую Ангелину. - Теперь понимаю, почему я не в твоём вкусе - у тебя просто вкуса нет. Приятного ужина, - толкает её в мои руки и быстрым шагом удаляется.
- Вернись на кухню и жди меня там.
Говорю слишком спокойно, хотя я готов в три счета ее запереть в спальне.
- Ангелина, это сестра моего компаньона, она в гостях. Извини, но у нас семейные дела и ужин. Ещё раз прости, что забыл отменить встречу.
- Она точно не очередная из?!
- Она точно.
Подталкиваю девушку к выходу и целую ее в шею.
- С меня подарок и ужин в ресторане. Прости, сладкая.
Ангелина улыбается озорной улыбкой и тянется к моим губам.
- Ты же меня знаешь, не люблю баб возле тебя.
- Знаю, поэтому не буду прессовать твой мозг.
- Григорян, ты лапочка.
Я захлопываю дверь и улыбаюсь. Лиса, умеет запудрить мозг. В ней море огненного темперамента, сексуальности, которые разжигают во мне инстинкт охотника.
А ведь вечер мог быть просто чумовым. Не срослось. Жаль.
-Как ты посмела разговаривать с моей гостьей в подобном тоне?
- Я не начинала это. Твоя гостья - хабалка без манер. Я не люблю, когда ко мне прикасаются без спроса.
- Ты могла просто помолчать, пока я объясню девушке ситуацию. Ты же позволила себе нелестно высказаться в мой адрес.
Делаю несколько шагов к этой девчонке. Давид ее слишком баловал, это очевидно.
- А я должна высказываться только лестно? Хорошо, простите, милорд. Запомню. Отныне одни комплименты. Не могу не подчеркнуть, что ваша щетина сегодня имеет очень приятный вид.
Смеюсь и потираю свой подбородок.
- Первый прогиб защитан, почаще тренируйся в зеркале, глядишь, станешь более сексуальной и приятной.
- Спасибо за бесценную оценку, - склоняется в реверансе, - ужин благоухает на столе.
- Чем порадуешь? - смотрю на стол.
- Стейк с овощами. Давид обожает это ресторанное блюдо в моём исполнении.
Кивает в сторону стола.
- Почему себе не накрыла?
Сажусь в кресло и рассматриваю блюдо со всех сторон.
- Нет аппетита, - отвечает коротко, бросив беглый взгляд на тарелку.
- Зря, тебе нужны силы. Давида прооперировали. Но он слаб. Врачи дают ему сутки.
Смотрит внимательно, румянец отхлынул от лица.
- Могу пойти к себе? Я вернусь и уберу посуду позже.
- Извини, если напрягаю тебя своей персоной. Но я не худшее из всего, что с тобой случилось за это день.
- Тебе нравятся плачущие женщины? - спрашивает прямо. - Я думаю, нет. Я отвлеклась от того, о чем боюсь думать, на Илью, приготовление ужина, твою гостью, но у меня больше нет ресурса держать слёзы в узде. Мой брат может умереть. Мне страшно.
Черт. Поднимаюсь на ноги и обнимаю ее.
- Просто молись.
Прижимается ко мне и всхлипывает, закусив губу. Держится, не показывает своих слёз, хотя я чувствую, как ее тело дрожит в моих руках. Мы стоим так какое-то время. Затем она поднимает голову.