Я зажмуриваюсь сильно-сильно, но слезы все равно просачиваются. Так вот, с мокрыми щеками лежу. А в голове звучат слова Богдана о том, что у него прививка от женитьбы. Теперь они для меня звучат совсем иначе.
Вряд ли сильно горевал. Скорее, выдохнул с облегчением. Иначе бы не было потом этого скоропалительного развода. Они вместе прожили чуть больше года. Или даже меньше. Неважно.
Сейчас, в наступившей темноте, под одеялом, с меня сползают последние иллюзии.
Все я сделала правильно. Кроме того, что переспала с Богданом. Но это мне, наверное, наказание и испытание за те мысли, за ту ненависть к чужому ребенку. Все замыкается в круг.
Все началось с Богдана Тамбовского, все им и закончилось. Сначала одна женщина от него ребенка потеряла, потом другая. Что же ты за человек, Богдан?!..
И почему все так сложно? Слишком сложно.
Пойти, что ли, заварить успокоительного чая? Когда же он должен начать работать.
На этой мысли засыпаю.
Я плохо спала в больнице. Зато дома — дома и стены помогают. Спала я долго, крепко, без сновидений. И проснулась не сама — от звонка в дверь.
Да кто бы это мог быть?!
Мои все в курсе, что я дома, наоборот, у них настрой не беспокоить меня, дать отдохнуть. Не стали бы трезвонить в… взгляд на часы… в девять утра.
Руслан, что ли? Передумал обижаться? Или…
Нет. Только не это!
Да. Хоть бы да…
Я неловко слезаю с дивана и спешу к двери. В глазок смотрю.
Все-таки да.
Черт возьми, Богдан, ты все-таки приехал…
Звонок после паузы снова заливается трелью, я отмираю. И отпираю дверь.
Богдан шагает за порог быстро, словно боится, что я захлопну дверь, увидев его. Смотрит внимательно. И потом, без предупреждения, бросает на пол сумку, распахивает руки и прижимает к себе.
Я стою, едва дыша. Пытаюсь убедить ноги не подгибаться, а голову не кружиться. А Богдан вдруг разжимает руки.
Эй, куда?!
— Я холодный, — он торопливо тянет с плеч куртку, не глядя, пристраивает на вешалку. Кладет руки на мои плечи, смотрит пристально, даже разглядывает. Качает головой. — Ты бледная. Все-таки заболела. Зачем соврала, что все в порядке?
Чувствую, что дрожит подбородок. От этого «Соврала». Богдан вздыхает.
— Ты завтракала?
— Нет.
Берет меня за руку.
— Тогда пошли. Буду кормить тебя завтраком.
Я сижу, съежившись, на табурете, прижавшись спиной к стене. Богдана смотрит в открытое нутро холодильника. Кажется, на бутылку «Моета».
А потом, ничего не достав, садится за стол, берет меня за руку.
— Арин, что у тебя случилось?
У тебя. Какая точная формулировка. Хотя мне казалось, что случилось все-таки у нас. Повожу плечами. Зябко.
Богдан сильнее сжимает мою руку.
— Арина?.. Не молчи. Ответь мне.
Богдан прав. Если уж он приехал, то молчать не имеет смысла.
— Я… — прокашливаюсь. Надо было хотя бы чайник включить, заварить чай. Который ни хрена не работает. — Я только вчера из больницы.
Наконец, поднимаю на Богдана взгляд. Пальцы, которые держат мою руку, вздрагивают. Во взгляде… Недоумение. Удивление. Тревога.
— Что случилось? Почему?
Я не знаю, как сказать. Не знаю! Но это если объяснять. Если вдаваться в эмоции. А можно же просто… Изложить только факты. Пока.
— Я… — еще раз прокашливаюсь. — Я… была беременна.
Теперь я не могу не смотреть на его лицо. Наши руки по-прежнему вместе. А его лицо — сейчас как раскрытая книга. На нем доминирует сильнейшее удивление. Непонимание. А потом оно закрывается, брови сходятся.
— Была?
Это короткое слово мгновенно уничтожает мое «только факты». И я отворачиваюсь, смотрю в балконную дверь.
— У нас с тобой мог быть ребенок, Богдан.
И тишина. Мой взгляд в балконную дверь. И наши руки на столе.
— Ты… — теперь прокашливается Богдан. — Ты сделала аборт, Арина?
Мне становится жутко от его тихого голоса. А еще он будто веревочкой тянет меня, так, что я снова поворачиваюсь, и снова смотрю в глаза.
А они у Богдана… Я таких никогда не видела — ни у него, ни вообще. Злые. Яростные.
Это все для меня? Мне адресовано? Ты… Да кто ты такой, чтобы так на меня смотреть?!
— Да! — голос срывает на крик. — Да! Именно! Аборт! У меня в выписке из больницы так и написано — трубный аборт!
— Какие трубы? — он тоже повышает голос. — При чем тут трубы?!