— Это для меня, да? «Молочная девочка» для молочной девочки, — кокетливо поправляет светлый локон.
Да щас прямо, для тебя! Сцепив зубы, чтобы не сказать чего-то совсем грубого, спасаюсь за чашки, начинаю наливать чай.
— Малая, а ты что, не будешь? — Саша смотрит на приготовленные чашки. А их три.
Нет, это ваша крыса пить чай не будет! Демонстративно гремя дверцами, достаю еще одну чайную пару. Мамин любимый чайный сервиз, с яблоневым цветом — и для этой крысы!
Мы садимся пить чай и есть торт. Крыса почему-то успевает попробовать первой. И портит мне и без того испорченное настроение!
— Я такой пробовала. В одной хорошей кофейне. Он там другой. С ягодами, — и добавляет после небольшой паузы. — Совсем другой вкус.
Да кто ты такая, чтобы критиковать мой торт!
— Его можно и без ягод! — зачем-то начинаю оправдываться. — А я вчера просто не успела за ягодами сходить.
— Да ты не переживай, Арина, так тоже ничего.
Ничего? Ни-че-го?! Ах ты…
Положение спасает Богдан. Он тоже пробует торт. И я снова слышу этот стон. Он отвлекает, примиряет и вообще заставляет на время забыть про эту белобрысу.
— Ничего вкуснее никогда в жизни не ел! — Богдан широко распахивает до этого зажмуренные глаза. — Невероятно. Ариш, ты просто волшебница!
Я тут же смущаюсь, растекаюсь, начинаю разглаживать штаны на коленях. И упускаю момент, когда Богдан вытягивает руку. И касается моей. Не просто касается, тянет к себе, наклоняется. И под Сашкин смех целует мне руку!
— Тамбовский, сейчас руки не целуют. Не то время.
— А я целую. Целуют, если хочется. Если человек этого заслуживает.
Он разжимает пальцы, и я выдергиваю руку. Чувствую, что щеки пунцовые. Взгляда на Богдана поднять не могу. Понимаю только одно — прикосновение его губ к своей руке, его слова — все это я буду смаковать потом. Одна.
— А я что, не заслуживаю? — вклинивается крыса.
— Заслуживаешь.
И тут я все-таки поднимаю взгляд. Чтобы увидеть, как Богдан так же притягивает к губам руку белобрысы. И целует.
И теперь совсем нет сомнений, с кем пришла эта крыса. Не с Сашкой, увы.
Эй, это только мне! Это же я пекла торт! Она-то тут при чем?! А она манерно надувает губки и не торопится убирать руку. Богдан сам возвращает ее руку на стол.
— Давайте есть торт. Мне точно будет нужна добавка.
— Много сладкого есть вредно, — крыса не унимается. — От этого прыщи бывают.
— У меня не бывает, — Богдан отправляет еще кусок торта в рот, снова жмурится от удовольствия.
— Так это у тебя, — сладко тянет крыса. А потом оборачивается ко мне и с приторной и будто сочувствующей улыбкой добавляет: — Арина, хочешь, я скажу тебе, каким кремом пользоваться?
— Я сама знаю, какой крем надо. Крем тут строго по рецепту.
Что ты лезешь? Крем вообще идеально получился! Да, ягоды были бы кстати, но и без них все отлично.
— А я не про крем для торта. Я про крем для лица. Ну, чтобы не было… — она выразительно шевелит пальцами возле лица. — Ну, не было… этого.
Этого — это прыщей. Меня опять обсыпало. Вся в красную пятнышку. Это от сладкого — так считаю я. Это возрастное — так утешает меня мама. В любом случае, это меня ужасно угнетает, и я стараюсь лишний раз в зеркало не смотреть, хотя все делаю, чтобы избавиться — умываюсь, использую специальные средства, часто меняю наволочку и стараюсь не есть сладкого и мучного. А как не есть, если ты печешь?! Вот и я напробовалась с этой «Молочной девочкой», после чего меня и обсыпало. Обидно, хоть плачь.
Сейчас хочется. Резко и почти неудержимо.
Ну да, я вся в прыщах, волосы привычно скручены в гульку, в домашней футболке и штанах. А эта крыса сидит напротив, такая…
Хорошенькая. Ну, это надо быть слепой, чтобы не заметить.
У нее прям кукольная внешность, лицо сердечком, губки бантиком, глазки лисьи, светлые локоны. И фигурка аккуратная. Я на фоне ее чучело!
Отворачиваюсь. Не помогает. Встаю, начинаю греметь шкафами, достаю зачем-то сахарницу.
— Слушай, ты просто в этот раз саму себя переплюнула, — слышится неловкий голос Сашки за моей спиной. В руку мне тыкается пустое блюдце. — Давай мне еще добавки, я все съел. И прыщей не боюсь.
— И мне, — это Богдан.
Крыса молчит. Она тут уже наговорила! Я нарезаю торт. У меня получилось не заплакать, я молодец!
Блюдца с тортом отдаю, не оборачиваясь.
Все, мой кулинарный триумф испорчен с концами. Доедайте торт, забирайте свою ручную крысу и убирайтесь! Я хочу остаться одна и всласть порыдать.