Девушка потупилась и спрятала руки за спину. Только я успела заметить, что на них алели неровные узкие полосы. Я нахмурилась и села. Неужели, тут как во времена средневековья, служанок наказывали розгами? Для современного человека вроде меня это показалось слишком жестоко.
Зато стала понятна пугливость Мины. Чего ей ждать от госпожи, которая раньше за любую провинность могла дать пощечину или еще что похуже? Только порции боли или презрения.
- Может, мой вопрос тебе покажется странным, - неуверенно протянула я, - но ты принадлежишь к человеческой расе?
Мина подняла голову и уставилась на меня, в ее глазах читался вызов, даже на миг показалось, что в них полыхнула ненависть. Правда, хвала ее самообладанию или самосохранению, девушка тут же потупила взгляд, прикусив нижнюю губу.
- Я спрашиваю, - решила уточнить я, чтобы меня не приняли за сумасшедшую, - потому что Пан Гредир сказал, что не разбирается в проклятиях, а мне очень важно узнать, что на меня наслали. Чтобы вернуть память.
Девушка сглотнула, но взгляда так и не подняла.
- Я не принадлежу к семье противников высших рас, - ответила она тихо, будто говорить ей было очень сложно, - меня не обучали проклятиям.
- Прости, - произнесла еле слышно, но девушка вздрогнула, как от удара, - я надеялась, что ты хоть что-то слышала о Черной погибели.
Девушка вскинула голову, рот ее приоткрылся, а в глазах прочиталось недоумение. Я тут же пожалела, что затронула эту тему. Я прикусила губу и стала лихорадочно соображать, как не обидеть девушку еще больше, и не раскрыть себя с потрохами.
- Мина, забудь, - попросила я нейтральным тоном, - лучше принеси мне чего-нибудь перекусить.
Лицо девушки озарила облегченная улыбка, но тут же увяла. Девушка бросила на меня испуганный взгляд и потупилась, теребя пальцами передник.
Больше свою служанку я не мучила. Поужинала жидким бульоном со свежим хлебом, под ее молчаливую помощь. Ложка в слабых пальцах держалась на одном честном слове. После трапезы я лишь попросила девушку разбудить меня пораньше, а Пану Гредиру передать, что я устала, пусть меня никто не беспокоит.
Мина кивнула покорно и с облегченным вздохом покинула мою комнату. Надо будет ее попросить набрать мне воды с утра. Чувствую, после еще одной ночи без душа я превращусь в поросенка.
Хоть я и сослалась на плохое самочувствие, только спать не собиралась. Мина, конечно, погасила почти все лампы, но я сумела попросить оставить одну, у изголовья кровати. Видимо, предыдущая хозяйка о подобном тоже просила, потому что я не заметила удивления во взгляде девушки.
Когда шаги за дверью стихли, я слезла с перин и отправилась на обыск комнаты. Хотелось найти что-то, что помогло бы мне. Личные вещи Бриэль, книги, газеты, что угодно. На личный дневник я мало рассчитывала, чтобы понять, как себя вести, но надеялась найти хотя бы книгу по истории этого самого Раина или талмуд с описанием магии.
Книг, к моему сожалению, в комнате не оказалось, как и дневника. Единственное, что я нашла на самом дне одного из ящиков трюмо - кривые рисунки. Будто рисовал ребенок лет трех-пяти, только взявший карандаш.
Огорченно вздохнув, я присмотрелась к ним внимательнее. Желтоватые листы шершавой бумаги оказались хорошо спрятаны под ворохом разнообразных банок и тюбиков. Видимо, то была косметика. Видимо, для Бриэль рисунки что-то значили, либо их запрещали по каким-то причинам.
Я устало присела на пуфик, дышалось мне опять тяжело. Осмотр ящиков, коих всего насчитывалось четыре, отнял у меня все силы. Я теперь опасалась, что до кровати придется ползти. Никогда в жизни не ощущала себя настолько слабой.
Прикусила губу, а в уголках глаз нещадно защипало. И чего только себя жалею? Не калека, и на том спасибо! Вдохнула-выдохнула пару раз глубоко, до боли в легких и раскрыла глаза. Тут же вздрогнула - встретилась взглядом со своим отражением.
Бледная кожа в тусклом свете казалась сероватой, как у “отца”, впалые щеки и горящие нездоровым блеском темные глаза делали меня похожей не просто на упыря, а на несвежего зомби. К тому же, без ухода каштановая копна волос свалялась и выглядела безжизненными патлами. Я криво ухмыльнулась и отвела взгляд. Да уж, красотка.