— Мне не нужны деньги, Ксана, — почти шепотом ответил Айзек.
— А что тебе нужно?
Айзек отпрянул, и женщина услышала, как он направился в гостиную.
— Ты читала Фаулза?
Он замолчал, оставляя Оксану теряться в догадках, к чему это вообще было сказано. Набрав в грудь побольше воздуха и убедившись, что сердце не собирается остановиться, женщина развернулась, чтобы видеть собеседника.
— Коллекционер. О том, как один молодой человек отчаянно старается привлечь внимание заинтересовавшей его особы. Он принимает весьма смелое, пусть и неординарное решение — запереть девушку в подвале. На месяц. Это цена для него вполне приемлема. Хотя…
Оксана сглотнула образовавшийся в горле ком. Заметив испуг девушки, Айзек вновь подошел к ней, помогая встать на ноги с ее стула
— Я всегда добиваюсь поставленных целей. И не жалею средств для их достижения. Ты будешь со мной. Или будешь бояться меня до конца жизни, — нежно погладив ее волосы, произнес мужчина. Он стоял так близко, что Оксане не оставалось ничего, кроме как упираться лбом в грудь Нойманна.
— А если я не хочу? — снова прошептала она.
— Будет страсть и неистовство. Ревность. Отчаяние. Горечь. Что-то в тебе погибнет. Во мне тоже…, - продекламировал мужчина, начиная плавно покачиваться. — Не важно, чего ты хочешь, Ксана. Только я смогу дать тебе то, что тебе нужно… Ты давно танцевала в последний раз? — Айзек прижал Оксану к себе плотнее, обвивая девушку своими руками. Его неспешные размеренные движения гипнотизировали. Оксана прикрыла глаза в надежде расслабиться. Ладони Айзека совсем едва двигались по ее спине. Чуть вверх — погладив ребра, и снова обратно, дарить тепло пояснице.
— Я бы хотел увидеть тебя в своей рубашке, — в фантазии девушки тут же ожила эта картинка. Будто она снова в квартире Нойманна. Но на этот раз не убегает, а спокойно просыпается, чтобы подняться и накинуть на себя мужскую рубашку.
«Флаг на завоеванной крепости», — так это обычно называют.
— Хочу видеть тебя в своем белье, — продолжал Айзек прокрадываться в сознание Оксаны. Его руки опустились ниже, на ее бедра. — Тебе очень подойдут шортики. Я с удовольствием буду их с тебя стягивать.
Картина безмятежного утреннего спокойствия тут же развеялась, возвращая к жестокой реальности. Оксана дернулась, стараясь отстраниться, но будто в настоящем танце, Айзек поймал девушку за руку, потянул на себя. И так же стремительно прижал девушку спиной к стене.
— Ты все еще думаешь, что хочешь сбежать? — Айзек улыбался. Он осторожно убрал с лица Ксаны прядь ее светлых волос. — Куда бы ты хотела?
Женщина не отвечала. Замерла на месте, затаив дыхание.
— Захочешь исчезнуть — выбери Вьетнам, — Айзек продолжал говорить спокойно, будто у них с Оксаной проходил настоящий дружеский разговор. — Там очень красиво. Люблю эту страну… В ней очень легко затеряться, а тех денег, что у тебя есть — хватит на богатую жизнь. Я бы поиграл с тобой в прятки еще раз. Если недолго… По твоей вине у меня возникли сложности, и все равно придется уехать из России.
— Я никуда не могу уехать, — сквозь зубы процедила Оксана. — Из-за тебя. У меня подписка о невыезде.
— Из-за меня? — смутившись, переспросил Айзек. Мужчина несколько растеря свое расслабленное, излишне наигранное спокойствие.
— А из-за кого еще?! — женщина ударила его кулаками в грудь. От этого Нойманн не сдвинулся ни на миллиметр, но на душе стало легче. — Если бы ты не убил ту девушку…
Айзек отстранился и разошелся в густом, гортанном смехе.
— Забавно… — мужчина вытер проступившие слезы, и вновь прижался к Оксане всем телом. Ему пришлось сгорбиться, чтобы встать лбом ко лбу с партнершей, которая была ниже его. — Твоя вера в собственного мужа так и остается непоколебима? Прискорбно…
— Он не убивал, — голос Оксаны прозвучал так тихо, что она готова была спорить, что даже мыши способны пропищать что-то внушительнее.
— Ты знаешь, что я тебе никогда не врал…
Слова Айзека закончились на губах девушки. Короткий горячий поцелуй обжог не хуже пощечины. Нойманну никогда не требовалось разрешения. Он просто брал то, что хотел. Мужчина прихватил зубами нижнюю губу Оксаны, причиняя терпимую боль, и совершенно не хотел останавливаться.
— Ты должна быть со мной, — бескомпромиссно заявил мужчина. Он продолжал целовать, теперь легко, едва касаясь. Блондин обхватил ладонями лицо Ксаны, и целовал быстро и невесомо, лаская кожу, скулы, кончик носа, прикрытые веки. — Со мной…
Слова мужчины эхом отзывались в сознании Оксаны. То ли просьбы, то ли приказы… Все слишком путалось в голове. Нежность и беспрекословная грубость, холод в душе от внутренней опустошенности и обжигающий жар от страстной близости. Айзек не просто доводил ее до грани — он заставлял балансировать над пропастью.