- Марьяша, ну программу обучения не я составляла, для общего развития необходимо!
- Ой, нудятина! Как твоя работа в караоке, нравится?
- Очень, я втянулась. Уже не так мучительно хочется спать. Зато я заработала себе на пальто и новые сапоги, еще вот – сумку купила.
- Это же паленый Корс, - сморщив нос, оценивает подруга.
- Ну, прости. На оригинал не заработала.
Что вообще с ней происходит? Такая милая и открытая была, а сейчас просто сгусток негатива!
- Не обижайся, Свет. Как в общаге?
- Все как всегда. Весело и шумно. Не жизнь, а сплошной праздник.
- Коменда не палит, что ты по ночам возвращаешься?
- Слава богу – нет. Аркадий, он в Щукинском учится, замутил мне ключ от черного входа, когда помогал шкафы перетаскивать. Я тихонечко захожу, и не беспокою вахту.
- Классно вы придумали!
- Да, он хороший парень. Отзывчивый.
- Нравится тебе?
- Аркадий? – прыскаю я от смеха. – Не. Он слегка полноват и кудрявый, как барашек. Но добрый безумно.
- А в караоке как? Никого не подцепила?
- Демид-бармен, пишет мне. То в кино зовет, то просто погулять. Но ты же знаешь, что времени совсем нет толком.
- Блин, ну как так можно, без отношений? – вздыхает Марьяша.
- Нормально можно. Нигде не колет!
- Старой девой помрешь.
- Не помру, не переживай! – поглядываю на часы и встаю из-за стола. – Ты идешь на ансамбль?
- Эээ, пожалуй, с меня на сегодня достаточно! С Костиком поедем в торговый центр, хочет мне белье купить. А я дура что ли, отказываться?
- Действительно! – целую ее в щеку и спешу в зал.
Обожаю! Когда на три или даже четыре голоса раскладываешь партии и, после разучивания, выстраивается красивое многоголосье, как это можно пропустить?
- Света, подмени, пожалуйста! – просит преподаватель Арсений Маркович. – Мне нужно отойти минут на десять.
- С удовольствием! – улыбаясь, усаживаюсь за инструмент.
- Оля, Маша, ваша партия в припеве! – наигрываю ноты, сверяясь с партитурой, и параллельно пропевая. – Повторяем! Машуль, здесь фа-диез, почище!
У меня феноменальная память, я до сих пор помню партии ребят, которые мы разучивали пять лет назад, например. Так что с этим предметом я тоже на «ты».
Выхожу из Гнесинки уже ближе к шести вечера. Матильда, организатор, так со мной и не связалась. Честно сказать, я часто думала о Саше эти дни, вспоминая его мужественный профиль и приятный баритон. В караоке ждала, что он придет, но его не было, Милена тоже не появлялась. Не выдержав, спросила у Артура, где он.
- Саша? Так он тут не бывает почти, а что ты интересуешься?
- Так просто. Переживаю, вдруг Милене моя работа не понравилась, и они перестали ходить.
Артур раскатисто смеется и похлопывает меня по плечу.
- Ланочка, сказать честно, я его год не видел. А тут аж два раза за неделю он был. Не в тебе дело, Милена чаще появляется, но это потому, что ей делать не хер совершенно.
Шагая к метро, решаю позвонить ему сама, я не гордая.
- Да, Лана, привет! – слышу в трубке знакомый голос, который проникает в самое сердечко, разливаясь теплым нектаром по венам.
- Добрый день, Саша. Извини, что беспокою. Но мы говорили о выступлении, организатор так и не связалась со мной. Две недели прошло. Вы передумали? – тараторю я. Преподаватель по сценической речи влепила бы мне двойку. Вы, с Урала, очень быстро говорите, - всегда ворчит она.
- Разве? Нет, все в силе. Я свяжусь с ней, только часа через три, как сядем в Москве.
- О, ты в самолете? Я невовремя совсем.
- Все в порядке, не переживай. Извини, что заставили тебя волноваться. Перезвоню!
- Спасибо, пока.
- Пока, Лана!
Мартовское солнце приятно согревает, и я иду, улыбаясь как дура. Он перезвонит. Сам. И пофиг, что я сама набрала. Буду очень ждать звонка.
Спускаюсь в подземку и, поддавшись вдохновению, пишу стихи в заметки, не замечая огромного скопления народа вокруг.
Мысли тонут, глаза горят,
Сохраняя образ лишь тебя.
Эта весна изменит меня,
Сердце открылось, тебя любя.
Весна расцвела, мир ожил,
Любовь пробудилась и сияет.
Сердца распахнулись, как цветы,
И счастье в них теперь играет.
Добравшись до общаги, спеша первым делом усесться за фортепиано, подбирая аккорды.
- Свет, ты чего такая возбужденная? – интересуется Таня, готовясь к трехголосному диктанту. Она явно задолбалась, что очень рада моему возвращению.
- Потом, все потом, Танечка! – машу рукой, выскакивая в коридор.