На выходе со сцены меня ожидает сюрприз. Огромный букет белоснежных роз.
- Поздравляю тебя, Света. Ты была великолепна!
Я поднимаю глаза. Кирилл. В темно-синем костюме и голубой рубашке, которая делает его глаза еще более яркими.
- Кирилл? – изумляюсь я, принимая цветы. – Привет, спасибо большое. Очень неожиданно!
- Удивил? – смеется парень, явно довольный достигнутым эффектом.
- Честно, да. Мне очень приятно!
- Я приехал тебя поддержать. Вообще, у нас с отцом пригласительные на второе отделение и фуршет, но я решил поехать на первое, чтобы увидеть тебя воочию.
- Я очень ценю это! Как тебе песня?
- Классная! Ты сама написала?
- Да. Сама.
- Ты – невероятно талантливая. Я все снял на телефон, сейчас скину тебе. Пока дождешься официального видео, сто лет пройдет.
- Спасибо, Кирилл! Ты – настоящий волшебник.
- Света, я хотел бы тебя пригласить на фуршет вечером и познакомить с отцом.
- Эм, мне неловко, но меня уже пригласили. Мы идем с Сашей.
- Ясно. А сейчас какие планы у тебя? Может, пообедаем вместе? – с надеждой смотрит на меня парень.
Я чувствую себя последней тварью. Так старается, чтоб привлечь мое внимание, он правда очень мил, но сердце не отзывается ничем большим, кроме благодарности и чувства неловкости.
- Прости, но на обед меня тоже уже пригласили, - закусываю губу, выдаю я, виновато заглядывая в его глаза.
- Саша?
- Да.
- Что ж, я все понял. Извини за беспокойство.
С этими слова он молча разворачивается и уходит, оставив меня с цветами наперевес и тяжелым сердцем.
Глава 46. Лана Стэр
В сопровождении охраны, мы двигаемся за черным геликом, в котором едет Патрон, в направлении грузинского ресторана «Саперави».
- Тебе правда понравилось? – забравшись с ногами на кресло, спрашивает Лана. Она реально как звездочка, сияет и искрится от радости.
- И мне, и Петру Сергеевичу, - улыбаюсь я. – Скажу по секрету, тобой заинтересовались представители двух радиостанций.
- Да ладно? – выпучивает ярко накрашенные глаза девчонка.
- Ага. Но контракта пока нет, взяли паузу.
- Мы его едем обсуждать, да?
- И его тоже, Света. Тебя ждет много работы впереди. Очень много.
- Я готова пахать как конь!
- Я не сомневался в тебе! От кого цветы?
- Кирилл принес. Так некрасиво получилось, - грустнеет она и начинает тараторить. – Видео мне скинул, все снял, я его маме переслала, Марьяхе и Светлане Ивановне. Это мой педагог по вокалу. Да, и Лехе еще. Так вот, он поддержать приехал, а я ему отворот поворот опять. На обед звал – я отказала. И на фуршет вечером тоже отказ.
- Ну, а чего же отказала? Я мог и один пойти.
Света разворачивается ко мне всем корпусом и непонимающе смотрит.
- Что? – ухмыляюсь я. – Познакомилась бы с папой – депутатом. Отличная возможность, скажу я тебе.
- То есть ты так, да? Считаешь, что мое слово не стоит ничего? Типа одному пообещала, потом другому? Извини, я не такая, не сижу на двух стульях! – гордо задирает нос.
- Я так не думаю о тебе, Света. Просто он правда хороший парень, я навел о нем справки. Мажор, конечно, но ничего криминального. Может, присмотришься?
- Может, сам присмотришься, раз он так тебе нравится?
Я не сдерживаюсь и начинаю хохотать, как ненормальный.
- Все – все, молчу.
- Или я тебе так надоела? Саш, я съеду в тот же момент, как ты мне скажешь. Не обижусь ни капельки.
- Все, перестань, Света. Я не об этом. Ты мне не надоела, с тобой весело и комфортно. Ты аккуратная, покладистая и очень вкусно готовишь. И Кирилл тебе на хер не всрался. Ок?
- Ну про не всрался можно было не говорить, но я довольна. Мир?
- Мир! – отбиваю ее руку.
- Как мне вести себя с Петром Сергеевичем? – взволнованно спрашивает она.
- Как обычно, легко и непринужденно. Он нормальный мужик. Болеет в последнее время, правда, задумался о душе и о Боге.
- Да? Надо же. Сильно болеет?
- Онкологию выявили. Надеюсь, справится.
- Надолго он вернулся в Россию?
- До осени. Потом в Израиль летит в клинику.
- А на Кипре что у него?
-Дом, офшоры. Он после смерти жены и дочери туда уехал, не смог здесь оставаться.
- Бедный Петр Сергеевич, так жаль его.
- Никто не застрахован, Света.
Девчонка очень проникается моей историей, и смотрит в окно, пряча слезы. Тонкая, ранимая. Беречь надо такую светлую душу.
Мы останавливаемся у небольшого уютного ресторанчика. В начале нулевых – это было место, где встречались обсудить самые разные вопросы, начиная от поставок оружия до заключения договоров. Сейчас же – прекрасное место с очень вкусной грузинской кухней. Патрон, как и я – мясоед, очень любит свинину.