Почему моему ухажеру внезапно понадобилась защита? Кого он боится? И в опасности ли я сама? И главный вопрос, почему из всего штаба Рассел Секьюрити охранять Андре выпало Джошу? Он вписывался в наше свидание, как пятое колесо в телегу.
Очень, очень неловко.
Мой бокал с вином быстро опустел. Может, если напиться, происходящее перестанет казаться настолько плохим?
— Ты сегодня много пьешь, — заботливо и удивленно заметил Андре. — Долгий день?
Я кивнула и протянула бокал, чтобы Андре вновь его наполнил. По правде говоря, в последнее время каждый день был долгим. На этой неделе я плохо справлялась с бессонницей, отчасти из-за неопределенности с Джошем, заставлявшей меня проверять сообщения в телефоне по сто раз в час.
Джош не писал.
Какая-то часть меня ожидала этого. И все же… Я считала его своим другом, поэтому почувствовала себя брошенной, и даже немного всплакнула. Я доверилась ему, а он сбежал.
А теперь сверлил меня взглядом? Пусть пойдет и спрыгнет со скалы, мне все равно.
— Ты, кажется, отвлеклась, — Андре протянул через стол руку, и я вложила в нее свою ладонь.
Его рука по сравнению с моей ощущалась тревожно холодной.
— Извини, — мне никак не удавалось придумать объяснение, способное его успокоить.
— Неудачное время? Может, стоит завершить сегодняшнее свидание? — он окинул меня обеспокоенным взглядом и накрыл мое запястье второй прохладной рукой. Меня слово облепили трясиной.
Я успокаивающе пожала его руку.
— Меня немного… отвлекает твой телохранитель. Я думала, наше свидание пройдет более уединенно.
— И это все, что тебя беспокоит?
Джошуа переступил с ноги на ногу, пронзил меня свирепым, хмурым взглядом и скрестил на груди руки.
— Просто я волнуюсь за твою безопасность, — я полностью завладела вниманием Андре, он снова улыбнулся, и я наклонила голову, слегка обнажив шею. — У тебя действительно все хорошо?
— Все замечательно, дорогая. Просто перестраховываюсь. Если телохранитель тебя тревожит, я попрошу официанта усадить его за соседний столик, чтобы мы могли… поговорить с глазу на глаз.
— Звучит восхитительно, — было трудно сосредоточиться на Андре, когда за ним стоял куда более горячий и живой Джошуа.
Мне надо желать вампира, а не вер-пуму.
Андре повернулся и щелкнул пальцами, приказывая Джошу свалить.
Тот коротко кивнул и сел за соседний столик, громко стукнув стулом и продолжая пронзать нас взглядом.
— Так лучше? — спросил Андре.
Я кивнула.
— Спасибо.
— Я хочу, чтобы ты чувствовала себя со мной комфортно, — его низкий спокойный голос звучал почти ласково. — Знаю, некоторым из вашего вида трудно расслабиться рядом с вампиром, но уверяю тебя, я такой же мужчина, как любой другой.
Он хищник, любящий преследовать добычу. Я медленно и чувственно улыбнулась и отбросила волосы.
— Как любой другой мужчина?
Его взгляд полыхнул жаром.
— Не совсем. Есть несколько… едва заметных… отличий.
По моим щекам разлился горячий румянец.
— Неужели.
— Я у тебя первый? — спросил он вполголоса. Когда мои глаза расширились, Андре усмехнулся и поцеловал мне руку. — Я имею в виду первый вампир.
Я сомневалась, что он имел в виду именно это, и продолжила игривым тоном:
— Если я скажу "нет", ты меня обвинишь?
Именно в этот момент запищал мой телефон. Сообщение. Я достала сотовый.
"Не веди себя так, — прислал Джош. — Не с этим парнем".
Я стиснула зубы и отключила телефон.
— Прости. Думала, это что-то важное, но нет. — Поскольку Джош обладал супер слухом оборотня, я надеялась, что он поймет намек.
Андре игриво рассмеялся и снова опустил руку на стол.
Похоже, мне предлагалось вложить в нее свою. Я так и поступила, заставив себя отбросить беспокойство, просыпавшееся от прикосновения к его коже. Все из-за близости Джоша. Если бы не его присутствие, я не чувствовала бы такой тревоги.
И даже если бы чувствовала, все равно могла бы научиться любить прикосновения Андре. Держать его холодную руку или обе в обмен на вечность.
— Другой мужчина? — спросил Андре, сплетая наши пальцы.
— Не уверена, стоит ли тебе говорить, — сказала я с напускной скромностью, поражаясь соблазнительности собственного голоса. — Мы ведь не в отношениях.
Он оставил на моих пальцах еще один поцелуй.
— Может, пора это изменить?
Да! Внутри я исполняла танец победителя, но внешне на моем лице появился лишь намек на улыбку.