— Какие наложницы? — удивляется тот.
— Которые при гаремах где евнухи служат? Там ещё султан главный!
Красавчик начинает натурально ржать.
— Да, зая, ты конечно проблемная, но зато не скучная. А султан у нас я так понимаю Батур. Вот умора!
— Я тебе не зая! — разозлилась я, — И почему проблемная?
— Ну почему не зая? Такая же белая, пушистая, по лесу прыгаешь, ничего вокруг не замечаешь.
— А проблемная почему? — скрипнула зубами.
— Я же говорю, ничего вокруг не замечаешь! Столько неудавшихся ухажеров пришлось от тебя отгонять. Прям замаялись мои пацаны.
Ладно, подумаю об этом позже.
— Евнух говоришь? — подстёгиваю его.
Настроение слегка подымается. А весёлый парень едва заметно кривится:
— Стану им в случаи чего.
— Что? Угрожал? — пришёл мой черёд улыбаться.
— Предупреждал! — красавчику не нравится смена темы.
— Тяжело на него работать?
— Я на Батура не работаю, зая. Он попросил…, - парень замялся, но сразу исправился, — сказал присмотреть за тобой.
Ну, конечно! Попросил это точно не о Батуре.
— Так вы друзья?
— Друзья?! — грустно усмехается, — Подозреваю, что такое понятие ему незнакомо. Можно сказать, что он мой наставник. Помог мне открыть своё охранное агентство. Это в первый раз обратился за…, назовём это, услугой. Тебя охранять. Круглосуточно. Сказал головой отвечаю, в прямом смысле этого слова. Я о нём мало, что знаю, а точнее, почти ничего, но уверен, что он не шутит.
— Так ты получается начальник тех, кто меня охраняет?
— Да, зая. Прикинь какая тебе оказана честь, — вновь начинает лыбится, — И ещё без ложной скромности скажу, что я самый лучший из своих людей.
— Я не зая, не котя, не лапа. Запомни! Меня зовут…, — возмущённо обрываю его, а он меня:
— Каролина. Знаю! Без проблем, заааая! — непрошибаемый тип, — Покормишь меня? А то меня от ужина с прекрасной девушкой оторвали. У нас с ней всё серьёзно. Уже как неделю встречаемся.
Я закатываю глаза и иду наверх. Мысленно отмахиваюсь от ситуации в целом. Всё равно не смогу ничего изменить. Батур всегда делает всё по-своему. Мне ещё предстоит выгрести от него за идиотскую импровизацию.
— Холодильник в твоём распоряжении, — бросаю красавчику напоследок.
— Меня Озан зовут!
Озан переехал жить ко мне. Спал в холле на диване. Все выходы из дома происходили только в его сопровождении. Рот у него закрывался редко. Такого балабола я ещё не встречала. В основном нёс всякий бред. Зато скучно с ним не было. Но за всей этой внешней мишурой, если внимательно присмотреться, скрывалась нехилая сила. Внутренняя и физическая. Человеком он был не простым. Такой себе вариант Брюса Ли в маске обаятельного распиздяя.
На вторую неделю нашего совместного проживания и времяпровождения у меня возникла проблема. Нужно было появится в клинике на узи. Одна я не могла вырваться. И идти туда с Озаном тоже не вариант. Я ещё не готова, чтобы Батур узнал о ребёнке. Страх своей ненужности в его жизни ушёл. А вот страх, как он отреагирует на мою беременность бурлил.
Пришлось надеяться на неосведомлённость парня в таких вопросах. Озан повёлся на плановый женский осмотр. Конечно же пошёл со мной. Было безумно прикольно наблюдать за ним на женской территории. Красавчик был необычайно молчалив и как-то затравленно поглядывал на девушек с пузом, которые часто встречались по пути.
— Можешь подождать меня на улице! Здесь со мной точно ничего не случится! — в который раз предлагаю ему.
— Мне моя головушка сверху и та, которая пониже, зая, дорога! — как-то отстранённо замечает парень.
Я останавливаюсь около нужной двери и грозно предупреждаю:
— Я захожу сама!
— Да я и не собирался, — Озан подымает руки в защитном жесте и сделав пару шагов назад падает в кресло ожидания.
В кабинете устраиваюсь на кушетку в предвкушение. Сейчас я увижу своего малыша и впервые услышу его сердцебиение. Присутствует, конечно, и тревога — всё ли в порядке, и грусть, что нахожусь здесь сама.
В то время, как приятная женщина средних лет размазывает прохладную субстанцию у меня на животе, позади моей головы бесцеремонно распахивается входная дверь. Врач, посмотрев на вошедшего, теряется. Лицо бледнеет. Это явно не её коллега. Не успеваю подумать, что Озан в край обнаглел, как слышу категоричное:
— Выйди!
Женщина, без слов, исчезает в считаные секунды. Организм, ради будущей жизнедеятельности, впадает в состояния ступора. Круглыми от шока, испуга, радости… глазами наблюдаю за приближением Батура. Как он здесь? Противоречивость эмоций вызывает душевный разлад.