Наконец, Ася оделась. Я опустился на колени, чтобы зашнуровать её ботинки. Она целовала меня в макушку, шепча:
— Люблю…
Мне хотелось верить. Но… я был всего лишь первым встречным для волчицы.
Мы выбрались на лестницу. Волк шел на шаг сзади. Я выскочил босой и в одних джинсах, ступни обожгло ледяной корочкой на асфальте.
— Ты придешь на мою свадьбу? — Ася уткнулась мне в грудь.
— Не знаю, меня не приглашали, — отстранился я, поглядывая на оборотней, выходивших из дорогих автомобилей.
Видно, тот второй вызвал подкрепление.
Больше всего они были похожи на толпу итальянских мафиози из дешевых боевиков.
— Когда это тебя останавливало? — улыбнулась она сквозь слезы.
— Никогда, — согласился я, губы жгло: я хотел целовать её, тело разрывало разгоравшееся желание.
— Приходи! — Асю уже сажали в машину насильно, хоть и мягко, осторожно касаясь руками.
Меня телохранители-волки попытались отпихнуть, расчетливо собираясь ударить под дых локтями.
Но я увернулся от обоих, одному сделал подножку, второго вырубил ударом под ребра.
Еще двое телохранителей бросились ко мне, на бегу засучивая рукава и доставая оружие. Их остановил темноволосый волк, с бледно-розовым рубцом от ожога на лице, оборотень из моей команды, единственный оставшийся в живых в Игре:
— Спокойно. Не трогать, — бросил он, протягивая мне ладонь. — Всё хорошо, старлей, ты иди, возвращайся домой. Мы доставим наследницу альфы домой. Удачи тебе. И это… — он горько усмехнулся, — не играй ты больше в такие игры!
Я кивнул ему.
Автомобили тронулись, а я сполз на мерзлый тротуар, пытался выдохнуть, колом застрявший в легких воздух, машины бесшумно растворились в вечерней туманной дымке. Или это падал снег? Или это были мои слезы?
Снежинки таяли на голых плечах, а я не чувствовал холода.
Почему я подумал, что она будет моей? Свадьба состоится, как и было решено, двадцать девятого декабря, через четыре дня.
ГЛАВА 7. Возвращение домой. Ася
Телохранители остались снаружи, Ася осторожно переступила порог отцовского дома.
— А, Настя! Приехала? Тебя отец ждет, — в гостиной на ковре сидела мачеха — Лара.
Она была старше Аси на два года, и они отлично ладили. Лара доставала конфеты из огромной коробки и откусывала понемножку. Под спину она положила белые кожаные подушки с дивана, Лара наслаждалась, наблюдая, как две горничные под командой стройной блондинки-дизайнера украшали нижние ветки ёлки, переставляя стремянку с коробкой игрушек то вправо, то влево. Иногда она посматривала на пламя в белом большом камине.
Ася подумала, что золотые банты и бледно-золотистые шары на огромной под потолок темно-зеленой ёлке выглядят холодно и отталкивающе. И вся гостиная с новенькой дорогой мягкой мебелью: белыми кожаными диванами и креслами, бледно-желтым ковром, стеклянными столиками и камином, больше похожа на рекламу жилья, а не на уютный дом, в котором любят друг друга.
Даже съемная квартирка Тёма была больше похожа на дом.
Ася пожалела, что не взяла у него номер телефона, хотелось услышать его хрипловатый голос и узнать, что он делает поздним вечером с выбитой дверью.
Ёлка была наряжена.
Одна из девушек подхватила стремянку. Первой выскользнула из гостиной блондинка-дизайнер с пустой коробкой из-под игрушек в руках.
— Ли, сделай мне глинтвейн, — Ася мягко остановила собравшуюся уходить вторую горничную.
— Да, Анастасия Александровна, — поклонилась Ли.
— Нет, — Лара пружинисто вскочила на ноги и встала между Асей и Ли.
Она была белой волчицей, но в человеческом облике казалась кошкой. Узкие зеленые глаза были сейчас желтыми, длинные светлые волосы спиралями локонов спускались на спину. Чаще всего Лара одевалась в белое, ей необыкновенно шли и белые джинсы, и белая водолазка, и даже белые домашние туфельки, отделанные мехом.
— Спиртного ни капли нельзя, сделай безалкогольный напиток, Ли, — приказала Лара.
— С чего бы мне отказывать себе в капле спиртного? — Ася догадалась без подсказки, ахнула и села посредине ковра. — Это что-то сказал врач-фэйри, которого вызывала ты, когда меня тошнило, потому что я подхватила простуду?
— Не простуда это, а волчонок, так что хватит бегать и прыгать, — усмехнулась Лара.
— Не надо глинтвейна, Ли, принеси мне несколько палочек корицы, пожалуйста, — попросила Ася горничную.
— Да, Анастасия Александровна, — девушка присела и ушла, не удивившись, мало ли какие причуды бывают у беременных.
— Альфред уехал в столицу, устроил себе грандиозный мальчишник. Говорят, что он не вылезает из стриптиз-клубов и ночных заведений, — Лара внимательно смотрела на Асю.