— Не понимаю, зачем ты пригласила его и Славку в светлые крестные к нашему сыну? — буркнул я. — Они меня терпеть не могут. Я их едва переношу.
— Они спасли твою жизнь, — голос Аськи был спокойным, но проскальзывающие высокие нотки давали понять, что Асенька о чем-то не договаривает.
— Славка тоже приедет? — я отпил глоток восхитительного какао.
— Конечно, — Ася подлила мне еще какао и поцеловала сидящего на её коленях Никиту в макушку, — с тех пор, как ему вернули магию, Славка делает уверенную карьеру в столице. Он настоящий столичный маг, увидишь. И… — Ася посмотрела мне в глаза, — я хотела поговорить с тобой о моей работе.
— Ася, Никита такой маленький, не начинай! — попросил я. — Сын нуждается в тебе, в твоей любви и ласке.
— Па, — согласился улыбающийся во всю мордашку Никита, перемазанный кашей до ушей и предовольный.
— У нас четыре няни и гувернантка, — Ася поцеловала устроившуюся у неё под боком Вику, — я ходила на прослушивание.
— Ты хочешь стать актрисой? — удивился я.
— Нет! Что ты? Я не так выразилась. Это было собеседование, — Ася улыбнулась. — Меня взяли, Тём!
— Поздравляю, — без всякого воодушевления пробурчал я.
Каша стала невкусной, а какао пресным. Я хотел, чтобы моя любимая жена встречала меня после работы, чтобы она возилась с детьми, а не прибегала к вечеру с сумками в руках. Она была якорем нашего семейного корабля. И что будет с кораблем, если поднять якорь, я не представлял. Но одно я понимал точно: ничего хорошего не получится.
Няни наконец забрали детей, Вика поцеловала меня, Никита укусил легонько за пальцы. Я натянул куртку, рассовал по карманам всё необходимое и уселся на крылечке. Каждый раз, перед уходом на работу, я старался полюбоваться высоким шоколадно-коричневым крыльцом, яркой алой черепицей, прозрачными стеклами больших окон, белыми стенами нашего дома. Дом был двухэтажный, небольшой и очень красивый. Но сейчас я сидел на верхней шестой ступеньке и бурчал про себя, как старик:
— Что-то будет? Что-то выйдет?
Аська выскочила на крыльцо, она сияла. И выглядела сногсшибательно: светлые локоны были приподняты вверх коричневыми гребнями с янтарными шариками на концах. Легкий кожаный жакетик темно-шоколадного цвета подчеркивал тонкую талию, широкая светло-коричневая юбка из тонкого шелка длиной до колена намекала на сладостную округлость бедер. Задрать бы эту юбку и отвлечь жену любовной игрой, чтобы не думала крутиться в таком виде перед другими мужчинами. Но я цивилизованный мужчина, да и некогда, честно говоря, ублажать внутреннего тирана. И что мне делать? Ждать поклонников красавицы-жены с серенадами под балконом?
Я повесил нос.
Асенька притопнула каблучками коричневых туфелек, перехватив красивым узлом золотистый шарфик, перекинула его на плечо, поправила на другом плече коричневую сумочку и сказала:
— Не уходи, я сейчас!
Она убежала куда-то и через два вздоха въехала во двор на белом автомобиле, такой яркой красоты, что я потерял дар речи.
— Это что за машина? — наконец, выдавил я.
— Я буду ездить на работу и подвозить тебя, Тёмка! — засияла пуще прежнего Ася. — Светлый крестный подарил.
— А… — мне хотелось провалиться сквозь землю.
Автомобиль был из тех, на которые я заглядывался с вожделением: хищно изогнутый, сияющий фарами, белым лаком, мерцающий отделкой всех металлических частей. Упоительно красивый.
— Хочешь за руль? — догадалась Аська.
— Не знаю-у-у-у… — протянул я, медленно вставая со ступеньки. — Доверишь ли ты мне такую красотку?
— Это красавец, — нежно провела ладонью по коричневой коже руля Аська. — Пожалуйста, Тём, я не очень уверенно вожу. Не хотелось бы сразу поцарапать.
— Ну, давай, — согласился я, устраиваясь за рулем.
— Только уговор! — Аська перебралась на второе сидение и хихикнула. — Кофе в мотор не лить!
— Опять? — обиделся я. — Говорил же! Случайно опрокинул бокал с кофе на клавиатуру ноута с надкушенным яблочком! Нечаянно!
— Да? И быстро заменил мой подарок ужасной восточной подделкой, — подмигнула мне Аська.
— Представь себе, — проворчал я. — И работает подделка намного лучше твоего яблочного огрызка, то есть подарка!
— Тё-о-ом, — Аська наклонилась ко мне, разгладила теплыми пальцами мои сведенные брови, — я люблю тебя больше всех на свете. И… — она поцеловала меня в щеку, заметно нервничая — ты должен узнать первым, где я буду работать.
— Рассказывай, я пока выеду, а то опоздаю, — буркнул я без интереса.
— Ты у нас капитан, так? — Ася, на мой взгляд, начала слишком уж издалека.