Теплые булочки и термос с кофе. Может быть, Ася привезла мне завтрак? А, может, Максим поделился своим? Я выпил глоток кофе, нет, не Ася, без молока и очень сладкий. Съел все булочки, восхитительно вкусные, но так и не пришел ни к какому конкретному выводу.
Солнце двигалось по небу быстро, мысли и идеи ползли в моем сознании медленными гусеницами, когда по моим подсчетам наступил полдень, дверь распахнулась. За мной пришел Максим, сияющий, довольный, он выпалил без всяких предисловий:
— Мы нашли его! — и потащил меня в свой кабинет.
Там уже маялся мой адвокат, стояли в углах полицейские, и сидел на одном из самых простых стульев мой начальник Эль Канте.
— Да… — Эль Канте весело блеснул очками, — ты словно не в тюрьме побывал, Громов, а на курорте. Как же от тебя корицей пахнет, Громов, булочки из «Шоколадницы» подают в тюрьме на завтрак?
— Не в этом дело, — буркнул я, внимательно разглядывая начальство.
Мне было привычно, если Эль Канте холодно выговаривал мне за упущения и недоделки, презрительно кривил губы, бросая, что отчеты написаны не вовремя, сляпаны кое-как, но когда он становился вот таким весёлым и радостным, боялись уже все в ИнКе, потому что знали, дело совсем плохо.
— А в чём? — подыграл мне, благостно улыбнувшись, главный инквизитор империи славян.
— Максим сказал, что его нашли, кто он? — сел я в кресло, кутаясь в чужую куртку.
— Убийцу? — Эль Канте рассмеялся.
Меня мороз продрал по коже. Полицейские побледнели. Адвокат заерзал. И только Максим светло улыбнулся и начал делиться драгоценной информацией.
— Такой урод бесстрашный оказался, не скрываясь в подъезды заходил, перед дверями выпивал личинное зелье, убивал безжалостно. Во время третьего убийства почему-то занервничал и оставил след флера магической личности.
— Только не говорите, что это инквизитор, — ледяным тоном произнес Эль Канте.
Но в дверь уже втолкнули красивого и надменного Антона Лазутина. Теперь он не был похож на прекрасного принца, грустная снисходительная улыбка и презрительный взгляд делали из него не столько проигравшего нам противника, сколько низвергнутого падшего ангела, выгнанного из света на погрязшую в грехах землю.
Я мысленно выругался, взглянул на Эль Канте, его губы шевелились, и он тоже повторял далеко не заклинания.
— Ты прости, кэп, что так вышло, — Антон продолжал надменно улыбаться, — мне, правда, жаль. До знакомства с тобой я полагал, что инквизиторы тупые и злобные бездари.
— Лестно. Представляю, как ты с теплотой вспоминал обо мне, когда убивал людей под моей личиной, — выдавил я, с отвращением рассматривая этого красивого и холодного мага.
— Я выполнял приказ, — упрямо, по-мальчишески пожав одним плечом, ответил Антон.
— Как ты заклинание правды обошел, урод? — весело улыбнувшись, спросил Эль Канте.
Это сочетание грубости и веселья в моем всегда вежливом начальнике выглядело жутко.
— Его натренировали думать только об игре, упорно повторять о своей проблеме мысленно и вслух, так ему удалось не проговориться, не открыть блок, — ответил я. — Если ты не думал, что убиваешь людей, именно ты, а не те, кто отдал приказ, ты всё равно убийца, Антон Лазутин. Или тебя зовут иначе?
— Не ваше дело, — прошипел второй маг, засланный в ИнК магической оппозицией.
И красота и свет сползали с него, как краска с лица шлюхи, озлобленной слишком малой платой.
— Вас будут судить, господин маг оппозиции, но не потому, что вы вечно стоите поперек нашей дороги, а за убийства, — весело проговорил Максим. — Мы отвезем вас в столицу.
— Нет, — Эль Канте кивнул бесшумно возникшим в кабинете инквизиторам, — сначала я его допрошу, а потом, придумаем, как его транспортировать в Стейн-Петерсбёрг. Не забывайте, он — убийца.
— Хорошо, — Максим видел, что перечить Эль Канте не стоит.
— Что касается тебя, любитель булок с корицей, — обернулся ко мне начальник, ласково улыбаясь, — ты возьми отпуск, пока твой отдел расформировывают и собирают заново, двое засланных в одном отделе — это очень плохая работа начальника, Громов. Готовся взвалить на свои плечи самых глупых и слабых инквизиторов.
Я кивнул, мне больше ничего не оставалось.
— Полагаю, мой клиент свободен? — вскочил мой адвокат, когда двери за всеми инквизиторами закрылись.
— Да, конечно, Артём, можешь ехать домой, — вздохнул Максим.
— Благодарен вам, поеду чуть позже, — поклонился я адвокату, прикидывая, как быстро он доложит моему тестю, что я в немилости у Эль Канте?
Попросил телефон у Максима, когда недовольный адвокат удалился.
— Ася, убийцу нашли, — не поздоровавшись, выпалил я, — со мной всё хороше, я позавтракал, приеду немного позже, надо проверить кое-какие идеи.