— Дина, здесь я. Мы будем летать к твоим родителям, друзьям. Если хочешь, перевезём родителей к нам. Но ты должна понимать, что я не смогу переехать в Россию. Что касается твоей не уверенности в моих чувствах, так это я докажу тебе со временем. У тебя еще есть время понять серьезность моих намерений. — он наклонился и поцеловал мою руку. — Для кого-то ты не эталон красоты, но для меня ты идеальная во всех смыслах этого слова. Мне плевать, что ты преподаватель, а не бизнес леди. Я даже рад этому. Не должна моя женщина пахать как конь, чтобы иметь деньги. Я могу нас обеспечить до самой смерти. Знаю, что всё началось не так, как должно было быть. Я должен был ухаживать за тобой, дарить цветы, приглашать на свидания. Но я честно тебе признаюсь, я никогда ничего подобного не делал. У меня не было планов на тебя, кроме как переспать. Но ты оказалась именно той, кто смог поселиться у меня в сердце. Я полюбил тебя, Дина.
— Ты прав, у меня ещё есть время разобраться во всем. В твоих чувствах, в своих.
— Я же вижу, что не безразличен тебе. Зачем ты сопротивляешься?
— Я боюсь, что эта сказка закончится, и придёт сильнейшее разочарование и боль.
— Я обещаю, что, то, что сейчас между нами происходит, не закончится никогда.
Давид убрал наши бокалы на стол, поднял меня на руки и понес в нашу комнату. Он бережно опустил меня на кровать, снял с себя футболку со штанами и в одних боксерах лег рядом. Его руки стали медленно растегивать пуговицы на моей рубашке, затем он снял с меня штаны и навис сверху.
Он наклонился к моим губам и нежно их поцеловал. Я от удивления замерла. Страстный Давид может быть нежным? Так же нежно он целовал мою шею, ключицы, грудь и живот. Затем он начал спускаться ниже. Его губы еле касались моего лобка. Я вздрогнула, когда он языком задел мой клитор. Язык Давида начал по кругу его облизывать. Грубые пальцы вдруг стали нежно поглаживать мои влажные складки.
Я зарылась руками в его волосы и прижимала ближе его голову. От этих ласк моё тело извивалось как у змеи. Я сгорала от удовольствия. Сколько времени прошло не знаю, потому что мой мозг полностью отключился.
Чувствую, что Давид навис сверху, а его пальцы входят в меня. Давид заглушил мой стон, нежным поцелуем. Я видела, что ему тяжело давалось не сорваться, и не взять меня, как всегда, страстно и грубо. Он покрывает моё тело мягкими, почти невесомыми поцелуями, отчего по телу пробегают мурашки.
Затем так же нежно, Давид входит в меня. Он двигается медленно, смотрит мне в лицо, впитывает каждую мою эмоцию. Постепенно наращивает темп, и от нежности не осталось и следа. Он снова вдалбливается в меня, рычит от удовольствия. Наклоняется к моим губам и уже не целует, а жадно сминает и кусает их. Я же отвечаю взаимностью. Мне его мало, я никогда не смогу насытиться им.
Меня накрывает волна удовольствия и я кончаю, с громким стоном на губах. Давид делает ещё пару мощных толчков и я чувствую, что его тоже накрыло волной удовольствия. Он мешком падает рядом со мной и сквозь шумное дыхание шепчет:
— Прости, любимая, я не мог больше сдерживаться. — я захихикала, так же шумно дыша.
Так мы и уснули. Голые, уставшие, счастливые и… влюблённые.
Утро было потрясающим. Разбудил меня запах кофе. Я открыла глаза и увидела Давида с подносом в руках. Он сидел на кровати и смотрел на меня.
— Доброе утро, любимая. — я потянулась и улыбнулась в ответ.
— Доброе утро. Это что, завтрак в постель?
— Он самый. Я уже позавтракал, пока ты спала.
Я села и Давид поставил поднос мне на ноги. На подносе были круассаны, кофе и цветок. Голубой, маленький цветок.
— Спасибо, мне очень приятно. Не ожидала. — меня подкупали его внимание, забота и старательная нежность.
— Если б у меня была возможность каждый день приносить тебе завтрак, я бы это делал с большим удовольствием.
Круассаны с кофе были наивкуснейшими. Когда поднос опустел, я убрала его на тумбочку и потянулась к Давиду.
— Кажется я влюбилась. — он взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.
— В круассаны или в повара?
— В тебя, Давид.
Он замер и не двигался. Я решила повторить, чтобы он убедился, что не ослышался.
— Я влюбилась в тебя, мой Давид.
Глава 18
ДАВИД
Сижу, смотрю на Дину как истукан. Она только что призналась мне в любви, а вместо того, чтобы радоваться, я тупо смотрю на неё и молчу.
Она смотрит взволнованная моим поведением. Естественно, украл, пытался сделать так, чтобы полюбила, она и полюбила, но вместо радости, я испытываю смешанные чувства.