Щеки не прекращают гореть, пока Разин оценивает то, что видит. Девчонка за его спиной откровенно психует.
— Костя?! — натуральное шипение выдает. — Чего ты с ней возишься? Пойдем!
Вместо того, чтобы ответить блондиночке, Авиаторы усмехается. Зрительный контакт восстанавливается с моими глазами, а не с двоечкой, которую я поджимаю снизу руками.
— Отнимать не стану, но испорчу, если не перестанешь меня раздражать, — криво улыбается, стреляет глазами на мою грудь, — и спецэффекты не спасут.
— Ты слишком много на себя берешь, — прищуриваюсь.
Что-то внутри меня трещит по швам. Хрустит прям на надрыве. Наверное, это мое безграничное терпение подгнивает, и нитями расходится в стороны.
— Хочешь проверить? — как же меня бесит его насмешливый голос. До жути! А ещё чертова полуулыбочка! — Дерзай. Но лучше, — наклоняется ко мне, практически прикасаясь своим аристократическим носом к моему, — не связывайся со мной.
— Или что?
— Будешь плакать, — проходится взглядом по моему лицу сверху вниз и обратно к глазам. — Утешать не стану.
— Да иди ты, знаешь куда? — его бровь вопросительно ползет вверх. Напряжение между нами усиливается, и, кажется, снаряд вот-вот взорвется, но…
— Костя? Может, хватит с ней заигрывать?! — теперь вопрос читается в каждом моем движении, на что Разин лишь усмехается.
Пара секунд, и он теряет ко мне интерес. Разворачивается и идет к выходу, не удостоив свою пассию внимания. У бедняжки челюсть до пола отвисает, и на лице появляются яркие пятна. Она бросает гневный взгляд в мою сторону и вылетает следом за Авиаторами. Когда дверь за ними громко захлопывается, мое тело резко расслабляется. Плечи опускаются, и кислород в легкие проникает легче, чем несколько секунд назад.
Я закатываю глаза в ответ на выпады Разина, но тут же спохватываюсь и начинаю быстро переодеваться. Только повышенная скорость не спасет меня от того, что на футбольное поле я выхожу самая последняя, когда другие работают в поте лица. Естественно, я становлюсь объектом недовольства местного тренера. По информационному листку, который мне передала Лариска, вспоминаю его имя. Вроде Виктор Викторович Тарасенко. На вид ему лет тридцать с хвостиком. Темные волосы. Коротко стриженный. Симпатичный мужчина такой же высокий, как и Авиаторы.
— Волкова, — подзывает к себе пальцем. Второй рукой теребит свисток на шее. Его взгляд направлен на парней, которые разминаются в нескольких метрах от нас.
Шагаю к нему и не жду ничего хорошего. Последние дни меня выматывают, как морально, так и физически. Увожу руки за спину, жмурясь от яркого солнца. Девочки бегают по кругу. Блондинка среди них и успевает коситься в мою сторону. Надо же было так влипнуть. С первых дней не в почете у местных королей.
— Виктор Викторович, — представляется, не смотря на меня. — Так как ты пропустила сдачу нормативов, буду принимать сейчас. Милости прошу, — указывает рукой на турники.
Черт! Иду за ним. Крупская пересылает лучики сожаления. Я в ответ лишь пожимаю плечами.
— Долго мучить не буду. Качаешь пресс, подтягиваешься и бегаешь на время.
— Какой минимум?
— Минимум, Волкова, молчать и выполнять, — лезет в карман за секундомером, древним таким. Я думала, что подобных экземпляров уже в природе не существует.
— Разве норматив сдают в начале семестра? — протягиваю задумчиво, рассматривая траву, на которой мне предлагает разместиться наш великий тренер.
— Норматив, Волкова, ты можешь сдавать мне каждый день, если я этого захочу, — с раздражением смотрит на меня Виктор Викторович. — Ещё вопросы?
Попахивает самоуправством и тиранией. Пожимаю плечами.
— Раз вопросов больше нет, приступай.
Нарываться ещё и на местного гуру по физической культуре не хочется, и я с тяжелым вздохом опускаюсь на влажную траву, с которой ещё не сошла роса. И тут начинается. Я прохожу все круги ада, качая пресс и подтягиваясь. Я не фанатка спорта. В школе проявляла активность, поддерживая команду по волейболу. Мы с Лариской и ещё парой девчонок разучивали движения и перед началом игр танцевали. Что-то вроде американской команды чирлидерш, но на русский манер. Было забавно. Собственно, благодаря нашему увлечению у меня сейчас все в порядке с растяжкой.
Но в данный момент она слабо мне помогает. Мышцы пресса горят. Пот стекает со лба маленькими капельками. Футболка уже прилипает к спине, а этот садюга, дав задание парням отрабатывать удары мячом, заставляет меня бежать несколько кругов по полю. Девчонки балуются с волейбольным мячом, и Лара снова сочувствующе мне улыбается, приподнимая руку.