Закрываю лицо руками.
- Господи! Какая же я дура! Вела себя, как настоящая шлюха! Там девушка беременная, ждала его, а я …
Меня терзают угрызения совести, и я задыхаюсь от ненависти к себе. В своих мыслях я ругаю себя самыми последними грязными словами. Он тут ни при чем, любой его поймет, он мужчина . А вот я - потаскуха, изменяющая мужу с несвободным человеком.
- Алиса, что с тобой, дочка?
Отец приоткрывает дверь и, увидев меня, сидящую на полу возле чемодана в слезах, заходит в комнату. Взволнованно смотрит, присаживается на корточки рядом со мной и притягивает меня к своей груди, как маленькую.
Мы очень редко получали от отца ласку и какие-то проявления любви. Хотя знали всегда на сто процентов, что он безумно нас любит и всю свою жизнь делает все для нас и ради нас. Просто некоторые люди не умеют говорить о любви, зато умеют выражать ее своими поступками.
- Папа, папочка, я устала. Не могу больше, помоги мне.
Сил нет больше скрывать боль за маской счастливой жизни. В объятиях отца броня слетает, и я превращаюсь в маленькую девочку, которую отец носил на руках и удерживал от падений.
Он гладит меня по голове и качает в своих руках.
- Ш-ш-ш, поплачь, дочка, иногда слезы лечат, иногда, чтобы исцелиться, нужно выплакать то, что тебя мучит.
- Пап, ты помнишь, как ловил меня всегда, когда я оступалась? Пап, я упала, сейчас мне кажется, что я разбилась, меня уже не починить! - Плачу и прижимаюсь к теплоте папиных рук.
- Алиса, я здесь, с тобой. Все будет хорошо, вот увидишь. Что бы не случилось, я всегда за твоей спиной, запомни это. Ты не упала, Алиса, ты сейчас проходишь испытания, уготованные тебе Богом, непосильных он не дает нам, дочка. Просто, видимо, ты у меня такая смелая девочка, что на твои плечи выпали нелегкие переживания.
Какое же это богатство иметь родителей. Только живя вдали от них, я поняла, насколько мне без них тяжело.
Дедушка, когда был жив, часто говорил мне: “Запомни, что самыми лучшими твоими друзьями всегда будут твои родители и твоя сестра. Ближе них у тебя никого нет”.
А у меня есть. Один человек, которого я считаю ближе всех родных. Наверное, поэтому сейчас так больно его отпускать.
Георгий звонит несколько раз, я не беру трубку. Один раз пишу, что перезвоню, потому что неудобно говорить рядом с родителями.
А утром, сидя в кресле самолета перед взлетом, я смотрю на заранее подготовленное ему сообщение.
Глава 18.
«Любимый, я слишком мало раз успела назвать тебя так, но это было самое искреннее, что ты когда-либо от меня слышал. Прости меня за то, что пишу тебе это сообщение вместо объяснений вживую. Думаю, я не смогла бы сказать тебе все это глядя в глаза. Это последнее мое сообщение. Знай, все, что я сейчас делаю, это ради тебя и твоего счастья. Не ищи меня и не пытайся выйти со мной на связь. Живи своей жизнью. Будь счастлив и любим. Потому что ты заслуживаешь самую красивую любовь в мире. И я искренне рада, что ты нашел свою женщину и у вас будет ребенок. Любимый, ты станешь прекрасным отцом! И я не хочу тебе в этом мешать. Давай останемся в воспоминаниях друг друга чем-то теплым и светлым. Прощай, любимый».
Плачу и удаляю. А ему, как бесчувственный робот, набираю другое. Отправляю и выключаю телефон.
Георгий.
«Привет. Не ищи меня и не звони мне больше. Я возвращаюсь к мужу. То, что между нами было, прекрасно, но я выбираю Марата».
Стоя в кабинете узи, читаю это сообщение от Алисы. Меня моментально кидает в жар. Что, блядь? Что это такое?
Не могу поверить в то, что читаю. Полностью потеряв связь с реальностью, мечусь по кабинету, как загнанный в клетку зверь и набираю ее номер несколько раз подряд. В ответ лишь автоответчик: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
В голове гудит, как после мощного взрыва. Злость зашкаливает настолько, что, слыша в очередной раз голос автоответчика, я хочу разбить телефон о стену, но вовремя останавливаюсь. Сразу же набираю ей сообщение.
«Это что, блядь, такое? Ты с ума сошла? Не делай никаких глупостей, срочно перезвони мне!»
Смотрю в телефон, как ненормальный, жду, когда появятся две галочки о доставке. Но как и предполагал, сообщение тоже не доставлено.
Сквозь шум в ушах начинаю различать обеспокоенный голос врача. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что Марина сидит на кушетке в слезах, а врач держит меня за плечо.