Я не могла понять, было ли это из-за водки, стресса за день или просто из-за тебя, но кусочки времени словно растворились. Я была прижата к твёрдому деревянному полу, а твой рот нависал над самой чувствительной частью моих бёдер, дразня и усмехаясь надо мной, пока мне не захотелось схватить тебя за волосы и прижаться к тебе губами. Моя спина была прижата, твоя рука обхватила моё бедро, а твой член тёрся об меня, скользя по моему входу, увлажнённому моим желанием.
А потом мы снова оказались на матрасе, и ты приподнялся надо мной, устраиваясь между моих бёдер. Ты раздвинул их, и я ощутила давление твоих рук. Я была беззащитна, уязвима и полна желания.
Ты играл с собой, наблюдая за мной. Твои глаза были прикованы к моей наготе. Одной рукой ты ласкал себя, а другой – меня. Я извивалась под твоим вниманием, охваченная дрожью.
Я молила о тебе.
Ты дал мне то, чего я так желала. То, о чем я так долго просила. Ты проник внутрь, и я потянулась к тебе, прикусив губу в порыве изысканного наслаждения.
Если бы кто-то сказал мне тогда, что ты сделаешь, что ты будешь делать, я бы прокляла этого человека. Я бы вырвала ему язык.
Потому что в тот момент я была готова умереть за тебя.
Я бы сделала всё ради тебя.
Я горела от любви к тебе.
Вот что ты заставил меня чувствовать.
Ты жёстко овладел мной. Твои толчки были резкими и глубокими. Каждый раз, когда ты двигался во мне, я стонала и задыхалась. Схватив меня за бёдра, ты притянул меня ближе. Затем твои руки скользнули по моему телу, лаская груди и пощипывая соски, пока у меня не подогнулись пальцы ног, а голова не застучала о матрас.
И тут твоя рука легла мне на шею. Только одна. Ты не давил. Это не угрожало дыхательным путям, но мысль об этом возбудила меня. Ты удерживал меня на месте, входя и выходя. А потом твои пальцы запульсировали, сжавшись ровно настолько, чтобы заставить меня извиваться.
Нахлынула волна эйфории. Ты заметил это в моих глазах и, подняв другую руку, усилил давление на мою шею. Твои глаза встретились с моими, пока ты продолжал двигаться, обхватив меня за шею. Мне стало трудно дышать, но это не вызывало у меня паники или страха. Я ощущала лишь желание и страсть.
Мой оргазм наступил так быстро, что застал меня врасплох. Моё тело словно горело огнём. Облегчение охватило меня, взорвавшись в душе так, как я никогда раньше не чувствовала. Всё это было благодаря тебе.
Ты двигался всё сильнее, толкая меня дальше. Я чувствовала головокружение и отстранённость, но твои движения и давление твоих рук удерживали меня на месте. Затем твои пальцы сжались сильнее, и я не могла дышать. Паника накрыла меня волной, и это, казалось, возбудило тебя. Я увидела это в твоих глазах, почувствовала, как ты напрягся.
Схватив тебя за предплечья, я прижалась к тебе, пытаясь оттолкнуть, качая головой с тем небольшим движением, которое ты мне позволял.
Но ты был сильнее.
Ты был охвачен желанием.
Тебя не было рядом.
— Пожалуйста, — проскулила я, с трудом выдыхая сквозь напряженные голосовые связки. Отпустив твои руки, я впилась ногтями в твою грудь, оставляя кровавые следы.
Ты убрал руки. Страх и сожаление наполнили твой взгляд, и ты прильнул ко мне всем телом, обняв мою голову и притянув её к своей груди.
— Мне жаль. Мне так жаль, — шептал ты, всё ещё двигаясь внутри меня, но теперь уже без грубости, и я замерла в ожидании. Поглаживая мои волосы, ты умолял простить тебя: — Прости. Я не хотел тебя напугать. Я потерял контроль. Мне так жаль. Пожалуйста, прости меня.
Наши потные тела слились воедино. Твоя грудь скользила по моей при каждом движении твоих бёдер. Твои губы касались моего уха, моего лица, моего рта и моей шеи, когда ты бормотал свои извинения.
Я безвольно лежала под тобой, а ты осыпал мою кожу поцелуями, полными раскаяния. На потолке виднелись деревянные балки, пересекающиеся друг с другом. На некоторых из них были брызги красной краски, и я недоумевала, как они там оказались. Пламя в камине угасло, превратившись в тлеющие угли. Бутылка водки стояла на полу рядом с твоим матрасом, и жидкость капала на дерево.
Ты снова вколачивался в меня. С трудом сдерживаясь. А потом ты громко кончил.
— Ты в порядке? — Я лениво подняла голову, чтобы посмотреть на тебя, и улыбка заиграла в уголках твоих кроваво-красных губ.
Я покачала головой. Или, возможно, кивнула. Кажется, я улыбнулась в ответ.
— Это было потрясающе. — Ты скатился с меня, прижал руку ко лбу и уставился на деревянные балки потолка. — Прости, я увлёкся. Но тебе ведь это нравилось, не так ли? Я имею в виду, до этого. Пока я не зашёл слишком далеко.
Я покачала головой. Или, может быть, кивнула. Кажется, я снова улыбнулась.
— Они такие красивые.
Мне было интересно, о чём ты говоришь. Ты не сказал, что я красивая, ты сказал «они».
Я села, испугавшись, как задрожало моё тело.
— Мне нужно в туалет, — пролепетала я.
Ты, не отрываясь, искал что-то в карманах своих джинсов, которые валялись на полу.
— Вон там, — ты указал на дверь, торжествующе улыбаясь, когда наконец нашёл свою пачку сигарет и встряхнул её, чтобы выпала одна.
Зеркало в твоей ванной было в зелёных пятнах по краям. Моё обнажённое отражение смотрело на меня, и я увидела, кем были эти «они».
Синяки. Они были такого же цвета, как и кончики твоих пальцев. Никто и никогда раньше не оставлял на мне таких отметин. Никогда не было синяков от чьих-либо прикосновений. Я видела их на своей сестре, хотя она и пыталась скрыть. Насколько я знаю, это произошло только однажды, и я узнала об этом лишь потому, что увидела её в щель двери ванной. Она плакала и благоговейно проводила пальцами по своей коже. Затем дверь закрылась.