— Ты заходишь или как?
— Мне кое-что нужно. — Я огляделась, ожидая, что появится начальник, другой коллега по работе или кто-нибудь ещё.
Калеб нахмурился.
— Например что?
— Что-нибудь, что поможет расслабиться.
Он прищурился.
— Разумом или телом?
— Телом.
— Вроде мышечных релаксантов?
— Что-нибудь покрепче.
Калеб неловко поёжился.
— Я думаю, тебе нужно сказать мне, для чего тебе это. — Его взгляд метнулся вглубь магазина, и он отступил на шаг. — Для кого они.
Я глубоко вздохнула и сказала:
— Мне просто нужно, чтобы кто-то понял, каково это – чувствовать себя беспомощным.
Калеб усмехнулся и провёл языком по зубам.
— И этот человек, который должен это понять, он сделал что-то, если предположить, что это он?
Я кивнула. Я больше не могла ничего поделать. Моё тело дрожало, и я засунула руки глубоко под мышки, пряча их от Калеба.
— Встретимся после моей смены, — сказал он.
— А сейчас у тебя ничего нет?
Калеб рассмеялся.
— Я не ходячая аптека.
Я так сильно прикусила нижнюю губу, что пошла кровь.
— Мне это нужно сейчас.
Калеб снова усмехнулся.
— Отлично. Ладно. Я уверен, что смогу что-нибудь раздобыть. Подожди здесь. — Он исчез, а я осталась стоять на улице, наблюдая, как с неба падают крупные капли дождя.
— Вот. — Он вложил мне в руку несколько таблеток. — Это всё, что у меня есть с собой. Это всего лишь бензо, но передозировка должна помочь. Какого он роста?
Я посмотрела на Калеба, отмечая, что он примерно такого же телосложения, как и он.
— Примерно твоего роста.
Калеб прикусил губу, подсчитывая в уме. Он взял таблетку из моей руки, помедлил, затем положил её обратно и пожал плечами.
— Должно хватить.
— Спасибо. — Я сунула таблетки в карман, надеясь, что их хватит, и начала уходить, но голос Калеба остановил меня.
— Всё в порядке, Софи? Тебе нужна компания для этой маленькой миссии?
Я выдавила из себя улыбку, отступая назад, чтобы оказаться лицом к лицу с ним, одновременно убегая от него.
— Не волнуйся. Ничего страшного.
Потому что так оно и было.
Когда я шла по улицам, ты снова позвонил мне, и на этот раз я ответила.
— Привет, — мой голос был робким. Осторожным.
— Слава богу. — Твои слова прозвучали с облегчением. — Мне нужно всё объяснить. Ты должна меня выслушать.
— Я слушаю. — Я дала тебе высказаться. Это сработало в мою пользу. Ты и понятия не имел, что я в курсе того, что ты сделал.
— Это не то, что ты думаешь, — начал ты.
Я обещала себе дать тебе возможность высказаться, но слова вырвались из моего рта прежде, чем я успела их остановить.
— И что же, по-твоему, я думаю? — Спросила я резко, не подумав. Ты думал, что твоя единственная вина в том, что ты их сын.
— Я скрывал, кто я такой. Мне нужно увидеться с тобой, объясниться лично.
Тогда я подумала, как легко тебе удалось меня убедить. В твоём голосе звучало отчаяние.
— Хорошо, — сказала я.
— Хорошо? — Повторил ты. — Приходи ко мне.
— Нет, встретимся у устья реки.
— У устья реки?
Подобно тому, как я проигнорировала тревожные звоночки, которые должны были прозвучать, когда ты назвал мою фамилию без представления, или когда отправил машину ко мне домой, не узнав адрес, ты проигнорировал и те, что должны были зазвучать в твоей голове.
Ты должен был догадаться.
Я назвала время, и ты согласился.
Тебе не следовало этого делать.
ГЛАВА 13
Перед отъездом я написала отцу записку. В ней я рассказала ему правду о нас с тобой. Я сообщила ему, где буду и что собираюсь сделать.
Я поехала на такси к устью реки и добралась туда раньше тебя. Солнце только начинало садиться, и его лучи окрашивали воду в оранжевые, красные и жёлтые оттенки. Всё выглядело слишком прекрасно, но мне было необходимо, чтобы в моих действиях была поэзия. Мне хотелось, чтобы ты почувствовал то, что чувствовала она. То, что чувствовала я.
Я села на деревянную скамью и стала ждать. В руках у меня была чашка кофе, а в кармане – наушники. Ещё одна чашка стояла на сиденье рядом со мной.
Ты шёл, опустив голову к земле. Я проглотила комок в горле, стараясь не обращать внимания на чувства любви и вожделения, которые охватили меня при виде тебя. Ты обманул меня и сделал посмешищем для моей семьи.
Ты в любом случае заплатишь за это.
Ты не произнёс ни слова, когда подошёл, и просто сел рядом со мной. Я подвинула тебе чашку кофе, и ты взял её без колебаний, хотя в твоём дыхании ощущался аромат алкоголя. Ты поверил в мою невиновность и наивность.
Ты совсем меня не знал.
— Прости. — Эти слова ты произнёс, когда закончил. — Я понятия не имел, кто ты, когда встретил тебя. — Это была ложь. — Я не знал, что ты сестра Фиби.
Ты так легко произнёс её имя. Оно должно было обжигать тебе горло, должно было разорвать плоть на твоих губах и заставить стиснуть зубы.
Ты сделал глоток кофе и содрогнулся от его горечи.
— И когда я узнал, я не хотел говорить тебе, кто я такой. Я уже влюбился в тебя, Софи. Я уже был влюблён.
Мне хотелось кричать. Я была готова излить свою боль в холодный вечерний воздух, но вместо этого поднесла стаканчик ко рту, и ты повторил за мной. Я наблюдала за твоими пальцами и представляла, как они обвиваются вокруг шеи моей сестры, когда она умоляла тебя остановиться.
Неужели её голос звучал так же, как мой?
Твоя свободная рука, та, в которой не было кофе, была засунута в карман и что-то там нащупывала. На мгновение я подумала, что она могла быть обёрнута вокруг того же предмета, что и моя. Чего-то гладкого и изящного, от чего у тебя перехватывало дыхание.