– Тогда он сам виноват! Да, Ник? – Ник отчего-то довольно странно среагировал на мою улыбку, или всё-таки обращение? Факт в том, что при моём обращении, он нервно дёрнулся, будто я его электрошокером повторно долбанула и всем своим существом попытался оказаться подальше от меня.
Вот, зря я его что ли, пиццей сегодня прикармливала? – Наклоняю голову немного набок, пытаясь расценить ситуацию под другим углом. – А соком поила?
Глава 5
Глава 5
Сегодня великий день не только для меня, но и для страны в целом! День передачи кристалла власти. В народе уже давно поговаривают о том, кто станет следующим Всевластным. Однако, официально, право на трон я докажу сегодня.
Предыдущие три месяца, которые в народе называют «Восхождение», я, вместе со своими братьями, проходил всевозможные испытания, неизменно выходя из них победителем. В нашей в стране права на трон передаются в пределах рода, однако для этого выбирается наиболее достойный из нас. Я и ещё четырнадцать моих двоюродных и шестнадцать троюродных братьев, а также пара племянников – все без исключения, достигшие половозрелого возраста и инициированные родовым кристаллом, как способные зачать наследника, были допущены к испытанию на право занять трон.
За эти долгие даже для меня, три месяца, на что только нас не испытывали: самыми первыми шли испытания на знания, затем нас ставили в самые невероятные жизненные ситуации и смотрели, как мы из них выйдем, естественно, никого о том, что это и есть испытание не предупреждая. Начиная со второго месяца Восхождения нам поручали всевозможные сложно осуществимые и даже опасные для жизни задания. Неожиданным для меня, оказалось испытания от жреца на мужскую силу и отсутствие связей. Как раз на нём выбыл первый из нас – мой, как оказалось, несдержанный племянник. Были и такие задания, в которых нужно было проявить свои дипломатические навыки. Самым последним, но не менее важным был турнир. К турниру допустили только десять человек, включая меня. И он начнётся всего через несколько часов.
Я встал с мягкой постели, в которой мне на самом деле, не так уж часто приходилось спать, хлопнул в ладоши. По сигналу в мою комнату влетели две горничные, которые, не поднимая глаз, помогли мне одеться в уже дожидающуюся меня одежду.
Девочки пришли как на подбор: грудастые, белокожие, темноволосые и чернобровые; в пышных, болотного цвета платьях, с длинными рукавами, которые воланами ниспадали по плечам, доходя до не менее пышной юбки. Сверху фигурки туго обтянуты тканью, подчёркивающей впечатляющую грудь и изящную шею. Честно говоря, не завидую тем, кто родился женщиной. Мужчинам дозволяется любая форма одежды, а вот женщины, даже работающие в жару на поле, должны быть наглухо застёгнуты. Хотя, богатым не лучше. У богатых обязательным элементом гардероба служит утягивающий талию корсет и ужасно пышные юбки. Причём пышность юбки говорит о богатстве её хозяйки и даже регламентирована, во избежание конфликтов между вечно ищущими к чему бы придраться женщин. У меня в услужении не обычные служанки. Судя по юбкам, это женщины из приближённых к Всевластию родов. Примелькаться при дворе, чтобы тебя увидело как можно больше семей не считается зазорным. Любой труд уважаем, а услужение мне – даже повод для гордости.
Хоть я ещё не получил кристалл власти, никто не смел смотреть мне в глаза, так же как Всевластному. Лишь только от моей близости горничные готовы выпустить дух, но тем не менее служат исправно.
Всему виной моя внешность. Я на голову выше среднестатистического мужчины, да и ежедневные, изнуряющие тренировки делают своё дело. К двадцати годам я шире и сильнее, любого из моих братьев. Говорят равного мне по физической силе нет во всём мире, а вот таких мелких женщин, моё присутствие даже пугает, вызывая благоговейный трепет.
Дав распоряжение служанкам, я прошёл в мраморную залу, где во главе стола восседал мой отец, – глубоко почитаемый Всевластный. Тут же сидела изящная брюнетка, способная поддержать разговор только об украшениях или деньгах, – моя судьба в случае проигрыша. Она является ярким исключением из правил: всегда нагло и жадно меня рассматривает. Точно так же, как рассматривают статую в залах искусств. Нормы поведения и морали явно не для этой женщины. Даже присутствие Всевластного, который ей благоволил, её не смущало. Напротив, в нём она чувствовала поддержку, уже заранее считая меня своим. Под её взглядом хотелось чем-то прикрыться, а то и прибегнуть к более простому способу – свернуть ей шею.