Впрочем, не удивительно.
Во всех интеллектуальных испытаниях я вышел победителем, а в бою на мечах мне не было равных. Самым страшным для моих соперников было сражение на мечах без магии. Некоторые чисто физически не могли управлять тяжёлым мечом, потому что вес меча без поддержки магии быстро выбивал из сил. Меня же Отец с детства приучил носить с собой фамильный меч. Сначала я его тягал за собой по земле, затем постепенно смог его поднимать, так что за годы моего взросления мы с ним срослись как близнецы и его вес отдаётся в руке лишь приятной тяжестью.
В назначенный час я почувствовал вибрацию воздуха. Никогда раньше не ощущал подобного, но понял, что это призыв на судьбоносный турнир. Я поспешил к месту сборов.
Пришёл первым, но меньше, чем через минуту начали подтягиваться другие братья.
После того как все участники собрались, жрец прочитал проникновенную речь, слова которой есть в каждом детском учебнике о Восхождении, которая предупреждает, а после приглашает в святыню.
Ритуальный зал встретил нас холодом и полумраком. Запах здесь, правда, тоже неприветливый.
Мы с братьями обычно довольно близки, но сейчас каждый был сам за себя. Участник турнира должен подойти к одному из десяти алтарей и преклониться перед ним. Но и здесь ждало испытание. Перед каждым алтарём, в полу были встроены решётки, в которых проглядывалась часть пространства, уходящего куда-то в глубину, гораздо глубже, чем мы сейчас находимся. Думаю, вопросы, что там в глубине, возникли не только у меня, но спросить никто не посмел, – вопросы против правил.
– Время пошло. – Объявил жрец полушёпотом, но для нас он прозвучал как гром, отчего некоторые нервно дёрнулись. Нужно было в течение часа простоять на этой решётке в коленопреклонённой позе. Немного шевелиться допускалось, но не разгибая спины, не отрывая коленей и локтей и не поднимая головы. Казалось бы, после всего что мы прошли это испытание самое пустяковое. Настолько пустяковое, что мы даже не знали, что оно здесь будет. Все морально готовились открыться перед одеждами духовно, чтобы они правильно поняли, приняли, а стоять целый час на коленях нагнетая внутренний накал и откладывая основное действо на потом, явно никому не хотелось. У некоторых братьев по лицу проскользнуло недовольство, а некоторые, обречённо переглянулись между собой. Разговаривать после входа в ритуальный зал нельзя, лишь в ответ на слова жреца.
Я без особого энтузиазма, но подчиняясь всем правилам, опустился на решётку в необходимую для испытания позу. И сразу почувствовал, то испытание не будет таким лёгким, как показалось, на первый взгляд.
Стояла гробовая тишина через некоторое время я начал слышать звук. Туда, куда-то очень глубоко судя по звуку, начали падать капли. Пота или крови я сказать не мог, потому что поднимать голову недопустимо. Оставалось лишь догадываться. Минут через десять я услышал первые стоны, постепенно они становились всё более дружными, но я застыл и постарался не позволить телу даже шелохнуться.
Вскоре тело затекло до такой степени, что стало легче.
Трудными оказались первые сорок минут.
У этой решётки, на пересечении серебряных прутьев, чуть заметно поблёскивая в сумраке, красовались шипы. С первого взгляда они были незаметными, а при соприкосновении с кожей не острыми, но чем больше испытуемый ёрзал, тем острее они становились, нещадно разрезая тело в потревоженных нетерпеливым движением местах.
Я отстоял достойно. Поранился только чуть у локтя, отреагировав на пронзительный вой не выдержавшего племянника. Нескольким моим нетерпеливым братьям повезло меньше.
Теперь нам предстояло снять с себя абсолютно всё, даже верёвки из волос, у кого были. Жрец осматривал каждого из нас, подробно записывал телесные повреждения и облачал, приговаривая обрядовые заклинания на древнем языке, который давно вышел их обихода и использовался лишь в древних заклинаниях и заговорах.
Те, кто получил раны, терпеливо ждали своей очереди, ведь никто из нас не имел права применять исцеляющее заклинание перед облачением. Это делал сам жрец в порядке очереди, поочерёдно подходя к каждому.
И вот, осмотр и облачение были закончены.
Как не удивительно, эти меховые повязки пришлись каждому впору.
Меня немного отталкивал вид сияющих в темноте закристаллизованных глаз дохлых животных, вшитых в пояс набедренной повязки. Пришлось себе напомнить, что будущего Всесильного таким не смутишь.