Мне нужно видеть её глаза в тот момент, когда она будет придумывать отмазку.
Но вместо разговора… Я сижу ещё час и делаю уроки. А Алина так и не выходит из ванной комнаты.
И я, так и не дождавшись её, засыпаю.
13
Я прихожу в школу угрюмая. Мало того, что я так и не поговорила с Алиной за её ложь, так я ещё и наверняка встречу Никиту. А мне видеть его не хочется.
Но на первом уроке я его не нахожу. На втором тоже. Кто-то говорит, что он придёт позже. У них сегодня тренировка перед матчем. Но он так и не появляется.
Начинается шестой урок. Классный час, где мы ждём своего руководителя.
Который залетает в кабинет, поправляя круглые и толстые очки.
— Так, — многие отвлекаются от телефонов и ждут, что скажут на этот раз. — Как вы, может быть, слышали… Сегодня у нас матч по футболу. Все должны пойти.
А я вот не желаю.
Поднимаю руку и хочу отпроситься.
— А если я?..
— Всем, Москвина, что непонятного? — начинает злиться, смотря на меня из-под очков. — Я бы на твоем месте не отрывалась от класса. Ты только пришла, а уже отдаляешься. Сказано: всем. Значит, всем.
Я захлопываю рот и понуро опускаю голову вниз. Блин.
— Будем болеть за наших пацанов. Поэтому сейчас рисуем плакаты. У нас есть полтора часа, чтобы сделать всё. Как минимум пять плакатов! Поставлю всем оценки в журнал.
Я вздыхаю, и понимаю, что никуда не денусь. Как хорошо, что хотя бы работы сегодня нет. Позвонил менеджер, сказал, ЧП какое-то.
А дома… Как раз, дома дел много. Но у меня хотя бы будет уважительная причина того, что я не пришла сразу.
У меня же арест…
Вздыхаю и через несколько минут, приготовившись, начинаю рисовать плакат.
Потом немного помогаю остальным. Рисую и пишу я хорошо, поэтому проблем это не вызывает. За полтора часа мы доделываем все работы, сворачиваем ватманы и собираемся на стадион, где будет проходить матч по футболу.
И там наверняка будет Никита.
Так и оказывается. Когда мы приходим на стадион небольших размеров, все места почти заняты. В основном тут много учеников из разных школ, что я понимаю по школьной форме. А также их учителя и родители.
— Ой, ой, сейчас наши выйдут, — начинается, когда мы все усаживаемся по местам. Все девчонки нашего класса, и Илона встают, и начинают хлопать ладоши. На поле выходят мальчики.
Начинаются кричалки, от которых я чуть не глохну.
— Никита, смотрите, Никита! — я прищуриваюсь и вглядываюсь в игроков. Сама держу плакат и рассматриваю игравших.
А там ведь не только Никита, но и Тёма… Они в одной команде? Судя по одинаковой форме — да. Хлопают друг друга по плечу и тут же осматривают сцену, улыбаясь.
Ковалев переводит взгляд на нас. Скорее всего, потому что девчонки нашей школы кричат активнее всего.
Я неосознанно встречаюсь с ним взглядом, потому что мы сидим довольно близко к полю.
— Он на меня посмотрел, девочки! Посмотрел!
Я не знаю, кто это кричит. Но точно знаю другое — смотрит он на меня. Ухмыляется. А я невольно осматриваю его. Ему дико идёт эта форма…
— Эй, Ксюш, привет!
Я не сразу замечаю, как к ограде подбегает Артём. Я натягиваю улыбку и стараюсь сделать вид, что не видела, что вчера он пришёл с моей сестрой. Он её позвал… У них явно что-то есть.
Обидно.
Киваю ему головой.
А он мне подмигивает. Машет рукой остальным и отбегает от ограждения.
А меня тут же тормошат за плечо.
— Ты чего, Субботина знаешь? — с интересом спрашивает одна из них. А я закусываю губу.
— Мы соседи, — отмахиваюсь. Как подсказать расписание или домашку — они носы воротят. Как плакаты нарисовать, да и о парнях болтать — так в теме.
— Фу, скучно, — фыркает. Говорит что-то ещё. А я уже и не слушаю. Держу в руках плакат и смотрю за началом игры. И в частности… только за двумя парнями.
14
Я никогда не была фанаткой футбола. Никогда не понимала, как двадцать мужиков могут бегать за одним мячом. Но сейчас смотрю как завороженная на Никиту и Артема. Они играют в одной команде и так хорошо сыграны.
Когда Артем оказывается один на один с вратарем противника, я приставляю кулачки ко рту и вскакиваю с места.
Удар! И мяч оказывается в воротах.
Не в силах сдержаться, вскрикиваю! Вскидываю руки вверх. И меня оглушают крики стоящих рядом.
— Тема! Тема! Тема! — скандируют мои соседки.
А он, как будто слышит это, с улыбкой оборачивается. Блуждает взглядом по трибунам. И вдруг его взгляд останавливается на мне.
Нет, не верю. Ты фантазируешь, Москвина.
Но он улыбается еще шире. Поднимает руку и машет. Мне?