В одной из комнат, по которым плыла толпа, шло соревнование по бильярду. Здесь стоял характерный запах табака, пыли и древесины. Кто-то в съехавшей набекрень короне примерялся к очередному шару, перегнувшись через стол.
Кто-то? Не кто-то, а сам король Юлий!
Он до самозабвения увлекался спортивными играми и был не прочь посостязаться, между тем как подданные его без устали занимались государственными делами и отправлялись на покой далеко заполночь. Юлий был еще очень молод, народ любил его за оригинальность и открытый нрав, а еще за то, что он часто переезжал с места на место и всякий раз устраивал пышные приемы. Я подошла к обтянутому зеленым сукном столу и поклонилась, а Пуаро, паршивец, просеменил мимо озадаченных мужчин, даже не удостоив короля взглядом. Его интересовало блюдо с бутербродами, которое поставили на низенький буфет специально для таких малявок, как он.
– Позвольте представиться, – сказала я, косясь на Пуаро. – Жюли Лакруа, упала с неба в прошлом месяце.
– Куда именно упала? – полюбопытствовал Юлий, поправляя корону. Его дружелюбие мгновенно рассеяло все мои страхи, и отвечала я уже раскованней:
– На луг, неподалеку от Вековечного Клена.
– Слышал, вы этот Клен облюбовали? Что ж, если нравится, живите там. Но в случае чего вы всегда можете обратиться в альянс Домовладельцев, которые за небольшую плату предоставят вам приличное жилье. Мы приветствуем чужеземцев.
Широко улыбнувшись, он натер мелом кончик кия и сосредоточился на игре.
– Кто сейчас бьет? – осведомился он.
– Лео. Его очередь.
Я нерешительно тронула короля за плечо.
– П-простите…
– С вашим песиком я уже знаком, – отмахнулся тот. – Однажды, во время прогулки, моя гнедая чуть его не раздавила.
Я бросила в сторону Пуаро такой свирепый взгляд, что на его месте кто угодно уже свалился бы замертво. Предатель! Значит, он тайком бегал к дворцовым аллеям, а мне ни слова?! И мало того что бегал, так еще и создавал аварийные ситуации!
Пес проворно сжевал последний бутерброд и, огласив комнату смачным чавканьем, рванул из бильярдной с такой прытью, что ему позавидовала бы любая гончая. Откланявшись, я устремилась за ним вдогонку, но дорогу мне неожиданно преградил – кто бы вы думали? – набивший оскомину Арчи Стайл.
– Знакомьтесь, – сказал он своему спутнику. – Жюли Лакруа. Она здесь сравнительно недавно, а потому дичится всех и вся.
– Чушь, – отрезала я. – Никого я не дичусь. А в данный момент, извините, мне надо срочно всыпать одному негоднику.
– Помнишь, я как-то упоминал о знатоке галактик и созвездий, – не отставал Арчи. – Так вот, это он, Лео Вердански. Прошу, как говорится, любить и жаловать.
Джентльмен в песочного цвета костюме снял свой соломенно-желтый цилиндр и галантно поклонился. Его аккуратные рыжеватые усики привели бы меня в умиление, если бы не спешка. Да и вообще, весь его облик представлял собой красноречивую срисовку с персонажей Достоевского. Не с отрицательных, конечно. В университетские годы я зачитывалась романом «Идиот», и князь Мышкин в моем воображении почему-то был очень похож на Лео. Добрые, смеющиеся глаза выдавали в нем человека кроткого и незлобивого. У такого, как он, наверняка было где-нибудь преданное сердце. По такому, как он, наверняка кто-то вздыхал в ночи...
Любого, кто глядел на Лео более пяти минут, неотвратимо тянуло на лирику. Я настроиться на лирический лад не успела, хотя эта неожиданная встреча всё же несколько остудила мой пыл.
Пока я добралась до центральной залы, из головы у меня совершенно выветрилось, куда и зачем я торопилась. Джаз играли здесь. Здесь раздавали напитки и кружились в танце пары. Только где это видано – танцевать джаз-модерн в чуть ли не средневековом обществе?!
– Ты видишь то же, что и я? – хрипло спросил Пуаро, на которого я едва не наступила. – Никак не пойму, в какую эпоху мы с тобой свалились. Мешанина какая-то.
Я зашипела на него подколодной змеюкой.
– В какой бы эпохе мы ни были, трепку я тебе задам эпохальную, уж поверь мне.