– Хилые какие-то добровольцы, – хрипло произнесло лицо. – Флорин, ты что, не мог найти кого-нибудь покрепче? А впрочем, они тоже сгодятся. У меня как раз есть для них подходящее задание.
Кажется, Фарид решил, будто мы бесплатное пополнение в его банде. Я попыталась было возразить, но помешал Пуаро. Процокав ко мне по холодному полу, он со всей дури впился зубами мне в голень. Судя по сдавленному смеху главного злодея (а с ним за компанию и Трусливого Перебежчика), меня здорово перекосило от боли.
– Он у вас всегда такой… шальной? – поинтересовался Фарид.
– Только во время магнитных бурь, – с кривой улыбочкой соврала я.
В общем, выкрутиться не получилось, и нам дали испытательный срок. Прежде чем посвящать нас в свои планы, Фарид пообещал устроить небольшую проверку.
– Сперва, – сказал он, – достанете денежки Арчи Стайла и Лео Вернадски. Сдерёте с каждого по сотне невиев – будет достаточно.
А мы что? Никуда от главного злодея не денешься. Арчи как-то рассказывал, что у Фарида все новички на особом счету, никому спуску не даёт. (Интересно, откуда Арчи сам-то узнал? Неужели его тоже пытались переманить на сторону зла?!)
На Пуаро я еще долго дулась. Тыкала его носом в рану, что осталась после укуса. А он всякий раз оправдывался. Говорил, что если бы я отказалась от участия в грязных делишках Фарида, Фарид с лёгким сердцем пустил бы меня на фрикадельки.
***
– Ну, что? Как статья? – спросил на следующее утро Пуаро. – Продвигается?
– Ничего у меня не продвигается, – буркнула я. – Разве только головная боль. Всю ночь под Клёном проворочалась!
– Да уж, – пробормотал тот. – С такой иллюминацией попробуй усни.
– Не в иллюминации дело, – возразила я. – Это всё проклятущий Фарид виноват. Не приснилось же мне, что мы с тобой пролезли через рыцарские доспехи и обнаружили логово негодяя?! Не хочу опускаться до воровства. Но, если выбирать между воровством и фрикадельками, я, пожалуй, остановлюсь на первом.
– Фрикадельки? Где фрикадельки? – поинтересовался лис, просунув в дверцу свой рыжий нос. За носом показалась остальная морда, после чего лис появился целиком. Уселся у входа и таращится на нас голодными глазами.
– Спокойствие. Фрикадельки – это метафора, – сказал Пуаро. – Для тебя грибы. Бери, пока дают.
Он до сих пор не мог примириться с мыслью, что лис под Клёном гость частый.
– А что за белый пёс крутился у ног Фарида? – полюбопытствовала я. Лис тем временем уминал грибы за милую душу и изредка поглядывал на гирлянды.
– Макинтош, – нехотя бросил Пуаро. – Ничего примечательного. Даже больше тебе скажу: у злодея и собака злодейская.
– А я с Макинтошем знаком, – встрял лис. – Он пару раз наведывался в лес Снов. И он вовсе не злодейский.
Пуаро рассерженно чихнул и осуждающе уставился на лиса.
– Так и знал. Нас окружают злодеи. И одни злодеи прикрывают других. Все они заодно. Их сеть расширяется. Не удивлюсь, если она уже оплела целый город!
В чем-то Пуаро был прав, но, по-моему, его фантазия несколько разыгралась. Не мог Фарид, заручившись поддержкой неумехи Флорина и простой собачонки, держать под контролем город Вечнозеленый. Но что, если сообщников было больше?
– Надо кому-нибудь рассказать, – решила я.
– Ты что?! Не вздумай! – испугался Пуаро. – Да и кому тут расскажешь? Арчи Стайлу? Никто не поручится, что он не состоит в банде Фарида. Доре и Саре? Они слишком беспомощны. Лео Вернадски, как я слышал, озабочен лишь искусством да своей внешностью. Ему не будет дела до каких-то там бандитов. А король с охраной в отъезде. Не вызывать же его специально затем, чтобы он помог распутать плевое дельце.
«Плевое дельце». Я узнала этот тон. Пуаро хотел раскрыть все тайны самостоятельно. В случае удачи лавры достанутся ему, а потерпит провал – сошлется на ржавые законы или ленивую полицию. Вполне в его духе.
Что касается меня, то идея отсидеться под Вековечным Кленом до тех пор, пока главный злодей о нас не забудет, вначале представлялась мне весьма заманчивой. Клен Фарида не пропустит. У него, как выражалась Дора, против негодяев стойкий иммунитет. Однако работу тоже никто не отменял. Кто будет писать в газету статьи? А получать жалованье? Клён, конечно, обеспечивал нас пищей. Но сгенерировать перья, чернила, тетради и прочие предметы обихода ему определенно было не под силу.