– Но о моей свадьбе заговорили еще месяц назад, что-то Райан припозднился.
– У нас был план. – смущенно призналась Айли. И это значило, что все в этом особняке знали, что Райан собирается похитить невесту и всячески ему в этом помогали. – Все знают, что подготовка к свадьбам аристократов занимает много времени. Лорд хотел официально просить вашей руки по окончанию войны у короля. Никто не смог бы отказать герою, принесшему королевству победу.
Это звучало куда лучше, чем похищение из храма, но мне все равно не нравилось. Как Айли точно заметила «никто не смог бы отказать герою», то есть, мое желание с самого начала Райана не интересовало. Он все решил за меня, и за это должен был понести наказание… Страшно пожалеть о своей самонадеянности.
Айли, не обратившая внимания на кровожадный блеск моих глаз, продолжила свой рассказ о том, в каком ужасе они были, узнав, что подготовка к свадьбе заняла чуть больше тридцати дней.
Покинуть поле боя Райан не мог, его недоброжелатели непременно воспользовались бы ситуацией и представили это в лучшем случае, актом трусости. В худшем – изменой короне. Он был одним из генералов и не имел права покидать лагерь, чтобы не поползли слухи о побеге военачальника. Это могло сильно подорвать боевой дух солдат.
Недоброжелателей у Райана было немало и не приходилось сомневаться, что кто-нибудь обязательно воспользовался бы ситуацией. Герцог Орса был неприятным человеком и уже одно это серьезно осложнило бы жизнь его воспитанника, но и сам Райан характер имел непростой.
– Единственное, что позволило бы лорду вернуться в столицу – победа в войне.
Теперь, его слова о том, что он сделал невозможное, обрели смысл.
– Только не говори, что он в одиночку уничтожил всех вражеских генералов, чтобы выиграть войну…
– Не один. – с дрожащим от восторга голосом призналась она. – У лорда есть свой отряд. Они пробрались в лагерь врага ночью и пленили всех военачальников. Говорят, там даже принц был. Единственный наследник… это заставило вражескую армию сложить оружие.
Мне сложно было представить, как Райан стоял на ногах, если ночью он победил в войне, утром похитил меня, в обед отведал моего состава… и потом еще сумел мне на помощь прийти.
Пожалуй, теперь я понимала почему его прозвали бешеным псом. Только безумец рискнул бы сунуться во вражеский лагерь, это же настоящее самоубийство. И ради чего?
Себя я, конечно, любила, но не считала, что достойна такого риска. Райан мог не только сам погибнуть, но и убить своим решением людей, которые оказались преданы ему настолько, что согласились участвовать в таком самоубийственном плане.
Айли хотела рассказать и о том, как они с другими девушками подготавливали для меня покои, и как Райан одобрял или отклонял их варианты по зарисовкам. Мне было жалко гонца, которому приходилось доставлять настолько бесполезные письма, но особого интереса эта история у меня не вызвала.
Я не могла перестать думать о неоправданном риске, на который пошел Райан. Немного хотелось его придушить, потому что мне сразу вспомнилась сцена из детства.
Наши земли и земли другой семьи, с которой у матушки была вражда, разделяла глубокая и неспокойная река. Няня запрещала нам играть рядом с ней, потому что течение было сильным и быстрым, а переброшенный через реку мост казался ненадежным – он не имел перил.
Но на той стороне был сад с дикой вишней. И я, презрев опасность, часто туда бегала прямо по ненадежному мосту. Райан и Миа вынужденно сопровождали меня… Хотя, спелую вишню они любили так же сильно, как и я.
В один из дней, эта любовь едва не стоила мне жизни. Воспоминания мои были смутными, но мне почему-то казалось, что тогда с самого утра все не ладилось, и когда мы с Райаном встретились на нашем обычном месте, на краю рощи, под дубом, я захотела привнести в этот день хоть что-то хорошее и мы отправились в рощу, за вишней.
Кажется, я оступилась на мосту, отвлеклась на что-то и полетела вниз, в реку. Напугалась жутко… в отличие от всего, что случилось в тот день, этом момент намертво засел у меня в мозгу. Я помнила насколько холодной была вода, как мгновенно намокло мое платье и как тяжело мне было держаться на воде.
Я помнила, как Миа что-то кричала, но я не могла разобрать слов из-за гула воды в ушах. Меня уносило все дальше от моста. Но самым страшным оказалось то, что Райан прыгнул за мной.