Приняв душ, набрал Ксюшу, а после и Славу, убедился, что всё в порядке, и вышел на улицу. Несмотря на позднюю осень, солнце ещё тёплое, да и торчать в доме при такой красоте вокруг не стоит. Сижу на ступеньках и осматриваю территорию, в прошлый раз не удалось. Во-первых, мы с Маратом приехали сюда поздно, а уехали ранним утром, и, в принципе, не до этого было.
— Готов? — рядом со мной появляется Стас, держа дочь на руках.
— Да, Агата где? — спрашиваю я, вставая на ноги.
— Сумку мелкой собирает. — Он оглядывается, затем отдаёт девочку мне. — Подержи её, покурить хочу, пока моя язва не вышла, — достаёт пачку сигарет и прикуривает.
— Ограничения? — усмехаюсь я.
— Да прицепилась, блять: «бросай, да бросай», — затягивается и смотрит по сторонам, как мальчишка, боясь быть застуканным мамой. — Я не хочу её расстраивать…
— А курить за её спиной?..
— Не надо, — резко перебил он меня. — Брошу...
В этот же момент выходит Агата, и Стас еле успевает бросить сигарету на землю и наступить на неё, потом как на зло закашливается, а я давлюсь смехом.
— Очень остроумно, Чёрный, — мотает головой Агата.
— Нарываешься, Соколова. — Стас забирает сумку у неё.
— Вот из-за того, что ты куришь, у тебя проблемы с памятью. Я давно уже как не Соколова.
Молча наблюдая за этой парочкой, поймал себя на мысль, что я им завидую.
Обед проходит в лёгкой и непринуждённой обстановке, не считая козни мелкой. После чего Стас отдаёт Милу в детскую группу, а нас на машине везут за пару километров от базы. За высокими воротами нас встречает двухэтажное здание, а за ней огромное поле, где стометровый тир и большой выбор оружия. Любой может прийти и пострелять из различных видов огнестрельного длинноствольного, короткоствольного оружия. Стрельба из лука и арбалета — уникальная возможность почувствовать себя охотником.
Инструктор объяснил, что да как, я не стал хвастаться своим опытом, как и Стас промолчал о том, что он служил, мы слушали его и кивали. Мужчина с сединой в волосах убедившись, что мы адекватные и всё дословно поняли, оставил нас.
Выпустив дюжину пуль по целям и чувствуя, как с каждым выстрелом уходит часть злости, напряжённости и усталости, я вернулся в уютную беседку, где был накрыт стол с выпивкой и закусками.
Стас занял моё место, и мы с Агатой говорили о том, как тут всё-таки красиво, как вдруг почувствовал, что кто-то на меня смотрит, повернул голову и замер.
То ли алкоголь ударил в голову, то ли у меня кукушка поехала, потому что в двадцать метров от нашей беседки стоит Кристина. Стоит и смотрит прямо на меня, пальцы начали подрагивать, и, кажется, даже глаз задёргался.
Молча встаю и иду в её сторону, игнорируя вопрос Агаты и в ожидании, что Загорская сейчас испарится или развернётся и уйдёт прочь. Но нет, она стоит и не шевелится даже, а я с каждым шагом вспоминаю все эти три месяца. Каждый, сука, день, что я вспоминал её, тот чёртов поцелуй в моём кабинете, что перевернул мою жизнь с ног на голову. Месяц поисков и выяснении, куда она делась. И меня наполняют смешанные чувства: хочется влепить ей пощёчину и в то же время обнять так, чтобы кости захрустели.
Застываю в метре от неё и не нахожу, что сказать, она и сам не особо разговорчива. Смотрим друг другу в глаза и молчим, пока она всё же не решается заговорить.
— Привет, — знакомый голос разливается теплом по венам.
— Угу, — всё, что получается выдавить из себя.
— Как ты? — спрашивает и осматривает меня с головы до ног.
Хреново, и всё из-за тебя! Ворвалась в мою жизни, устроила там переполох и свалила хуй знает куда, — хочется крикнуть ей в лицо, но вслух говорю другое:
— Всё отлично, — фальшиво улыбаюсь, замечая, как ей мой ответ не очень-то и понравился.
— Отлично, значит, — опускает голову, и я рассматриваю её: исхудала, но форму не потеряла, волосы длиннее и светлее, будто обожжены солнцем, кожа загорелая. Грелась на берегу моря, пока я тут мучился мыслями о ней?!
— А как должно быть? — задаю вопрос, уже сжимая кулаки.
— Серёж, послушай. — Она делает шаг ко мне, но я резко подаюсь назад.
— Что за фамильярность? Когда это мы на «ты» успели перейти?! — кричу, даже не понимая этого.
— Я могу объясни…
— С чего ты решила, что меня что-то интересует? Я о чём-то спрашивал? — усмехаюсь я.
Стоит вся такая важная, думает, я буду ждать, пока она лапшу мне на уши будет вешать? На хрен мне её объяснения? Когда свалила, не посчитала нужным что-то объяснять, или могла бы позвонить за эти грёбанные три месяца… Было бы желание. Звонка не было, значит, и желание тоже. С чего я должен её слушать?!
— Ты же подошёл, и я подумала…
— Не о том подумала, Загорская, — говорю и, развернувшись к ней спиной, возвращаюсь к Стасу с Агатой.