— Извините, не хотел вас расстраивать — он уже и не рад, что задал свой вопрос. — Хм, хорошо, не будем об этом. Но у меня есть для вас хорошая новость — часы посещения еще не закончены и скоро вас навестит ваш муж…
— Нет! Я не хочу его видеть!
— Что такое? Он вроде как спас вас и оплатил ваше лечение в нашей клинике. — Доктор был явно озадачен. — Может быть он имеет отношение к вашим прошлым избиениям? — Его бархатный голос мгновенно приобрел стальные нотки.
— Нет, что вы! Просто сейчас мы с ним в плохих отношениях. Я хочу подать на развод. Только он не согласится…
— Алёна Андреевна, на счет ваших личных отношений я ничего сделать не могу, это ваше семейное дело, но если хотите, я не пущу его сюда хотя бы сегодня. Дам вам хоть какую-то возможность прийти в себя.
— Спасибо, доктор. — Меня накрывает волна облегчения и благодарности к этому человеку.
Но тут радость покидает меня с такой же скоростью, с какой только что появилась, так как в палату в окружении огромного букета цветов валился мой муж.
— Ты как, малыш? — давно не слышала этот голос. Но теперь он меня больше не будоражил.
— Извините, можете оставить цветы, а вот вам самому придется покинуть палату.
— Что? Ты кто такой?
— Я её лечащий врач и рекомендую ей пока что исключить лишние волнения.
— И что? Я её муж! — Леша, похоже, не собирается сдаваться.
— Она только что пришла в себя и находится под действиями препаратов — поясняет доктор. — Я настаиваю, чтобы вы ушли.
— Я полностью оплачиваю её лечение!
— И что? Хотите отозвать оплату? — Дмитрий Иванович смотрит с вызовом, как будто именно он здесь решает, кто будет лечиться в этой частной клинике, а кого можно и срочно выписать, за неимением оплаты за лечебный процесс.
— Нет, я не это имел ввиду. — как-то тушуется Соколов. Надо же, никогда его таким не видела. Ну еще бы, здесь не его вотчина. И права качать ему здесь не следует.
Не без удовольствия наблюдаю, как двое мужчин меряются взглядами. Костин чуть выше, но уже в плечах и менее накачан, чем мой муж, но смотрится эффектно даже в своем белом импортном халате. Эта сцена живо напомнила мне двух котов, которые встретились в переулке. Долгие пронзительны взгляды и изучение противника. А что потом? Быстрая развязка дракой или отступление одного из пушистых, признающего своё моральное поражение?
— Дмитрий Иванович, вызвать охрану? — интересуется медицинская сестра, прикрепленная за моей персоной.
— Не стоит. — Сухо отвечает мой лечащий врач. — Господин, Соколов, если не ошибаюсь, уже уходит.
Леша смотрит на медсестру, потом на доктора, затем на меня, как бы ища поддержки:
— А ты что скажешь? Тоже хочешь, чтобы я ушел?
Вместо ответа просто отворачиваюсь к стенке. Не хочу даже разговаривать с ним.
— Хорошо! — неожиданно легко соглашается мой муж. — Но завтра я вернусь. И мы поговорим. А ты, доктор, лучше не стой у меня на пути. Понял?
— Где уж не понять. — соглашается Костин, но при этом его голос звучит как издевка. Жаль, что я не вижу при этом их лиц.
— Пока, малыш! Надеюсь, ты больше не сбежишь. Мои ребята теперь тебя плотно пасут.
С последней фразой Леша покинул палату. А медсестра и доктор недоуменно переглянулись.
— Все сложно, — завидев их слегка потрясенные лица, я виновато пожала плечами.
— Не хотите рассказать?
— Нет, доктор, пока не хочу. Может быть в другой раз.
— Хорошо, ловлю вас на слове. — доктор подмигивает мне левый глазом и, слегка улыбнувшись, покидает палату. Не поняла, это доброжелательность или флирт? Хотя, какая разница. От мужиков нужно держаться подальше!
Глава 30
На следующий день, как и обещал, Леша заявился вновь. На этот раз без цветов.
Как бы этого ни хотелось, но разговора нам с ним не избежать. Он намерен увезти меня домой сразу же после того, как мне станет лучше, а я намерена сопротивляться до последнего, чтобы этого не допустить.
Вчера вечером я поговорила по телефону с Ленкой и она выразила мне полнейшую поддержку. Жаль только, что она не смогла приехать. Они с Виктором Николаевичем укатили куда-то в Испанию. Прилететь должны были не раньше следующей недели.
Лена просила меня держаться и крепиться, уверяя, что если я смогла пережить ад похищения и жестокое избиение, то уж выдержать осаду со стороны мужа-изменщика тем более должна.
Я немного приободрилась. Но все равно не верила до конца в свои силы. Всю свою семейную жизнь я привыкла полностью подчиняться словам мужа, лишь изредка позволяя себе с чем-либо не согласиться. Леша вообще не любит, когда ему перечат. Особенно те, кто по его мнению, просто обязаны были ему подчиняться. В эту категорию людей он автоматически записал и меня.