Так, хорош мучить себя разными мыслями. Нужно действовать! Сначала собрать юристов. Как можно быстрее подготовить все бумаги, а уже утром отправиться к жене в клинику. Нужно, повторюсь, действовать! А то пока я тут сопли на кулак наматываю, мою девочку может увести хлыщ в докторском халате.
Глава 36
— Любишь, значит? — поддаю в голос побольше скепсиса. — И готов ради этой любви отказаться от всего богатства, к которому так стремился всю жизнь?
— Безоговорочно! — припечатывает он.
На моих глазах мгновенно наворачиваются слёзы. Он это замечает, пытается улыбнуться, но моё лицо говорит ему, что это не слезы радости.
— Так что же ты раньше об этом не подумал? — начинаю реветь в голос. — Что ты же раньше, когда трахал своих баб не думал о нашей любви?
— Я тебе уже говорил о своих проблемах. Зачем ты опять начинаешь ворошить прошлое? Я приложил все усилия, чтобы от этого избавиться. — Он пытается приблизиться и обнять меня, но я делаю шаг назад и показываю ему жестом, чтобы он не подходил.
— Я всё равно не понимаю! У нас были деньги! У нас было столько денег, что можно было бы несколько раз встретить безбедную старость. Но тебе всегда было мало денег!
— Прости меня. — хрипло выдает он. — Я был просто помешан на деньгах! Я не понимал, что моё единственное сокровище, это ты! Я не придавал значения изменам, потому что не считал их существенными. А ещё я искренне верил, что ты никогда о них не узнаешь.
— Не узнаю? И что бы это поменяло?
— В каком смысле? — не понимает он.
— В таком: если бы измена произошла с моей стороны, я бы никогда не смогла простить себя. Даже если бы ты никогда не узнал об этом — знала бы я. И это чувство вины разъедало бы меня изнутри. А знаешь почему?
— Почему?
— Потому, что я люблю тебя! И измена с моей стороны могла бы произойти только по какой-нибудь нелепой случайности. Изнасилование там или если бы я находилась в пьяном бессознательном состоянии.
— А как же твой доктор?
— Да, он мне нравится. Да, я испытываю к нему симпатию. Да, я пыталась представить его в качестве моего парня, мужа, сексуального партнера и так далее. Но я бы никогда и ни за что не легла бы под него пока оставалась бы твоей женой.
— Только женой?
— Я хочу сказать, что любовь для меня не какое-то абстрактное понятие, а нечто физическое. Имеющее воплощение в тебе! И я бы ни за что не смогла тебе изменить! Ни под каким предлогом.
— «Бы» — вновь цепляется к словам Леша.
— Представь себе, «бы»! — слезы уже не текут, но мой голос по прежнему надтреснуто ломается. — Потому что всё что ты делаешь, отдаляет нас друг от друга! Я начинаю сомневаться в своих чувствах.
— Да, это тревожный звоночек. А вот я как раз в своих чувствах разобрался. Я понял, что без тебя моя жизнь не будет такой, какой мне хотелось бы. Она не будет счастливой во всех пониманиях.
— Разобрался он! Тебе уже четвертый десяток, а ты ведешь себя как мальчишка.
— Представь себе, так и есть! — его голос становится тверже. — Просто те чувства, которые я переживаю по отношению к тебе, большинство парней переживаю лет в пятнадцать-двадцать. А я был лишен всего этого. Причем, лишил себя я сам. А теперь, когда я пытаюсь исправиться, то, по твоим, словам я «отдаляю нас друг от друга». Это как? Я спас тебя от маньяка. Я переписал на тебя всё имущество и деньги. Я стою перед тобой, в сотый раз извиняюсь и признаюсь в любви. Что ещё я должен сделать, чтобы заслужить твоё прощение?
— Я не знаю…
— Не знаешь?
Я вновь начинаю давиться всхлипами и отворачиваюсь к окну. Я понимаю его стремление. Вижу его старание. Но простить не могу.
Он тихонько подходит сзади и обнимает меня за талию. Зарывается в волосы на моём затылке. По телу сразу же начинает бежать волна мурашек, а где-то в груди разгорается теплый огонёк. Как мне этого не хватало.
— Знаешь, что — тихонько говорит он — как только выпишешься из клиники, давай слетаем куда-нибудь отдохнуть? Только ни на какие-нибудь пляжи, где целыми днями лежишь под солнцем и пытаешься бороться с нескончаемыми размышлениями. Это нам сейчас противопоказано. Я бы хотел что-нибудь более активного. Может быть туристический маршрут.
— Предлагаешь лазать по горам и сплавляться на байдарке? — скептически отзываюсь я.
— Нет, зачем? Туристический — в смысле прокатиться по старушке Европе. Ты когда-то упоминала, что хотела бы увидеть Париж.