Ему это понравилось. Я видела, как одобрительно зажглись огнём его светло-карие глаза.
– И характер есть.
Интересно, что я должна ответить на это? Что есть, и ещё какой, и плясать под вашу дудку я не собираюсь. Так не поверит же.
– Извините, что прерываю вашу содержательную беседу, – хмыкнув, произнёс Шейн. – Но моя миссия на сегодня выполнена, и я удаляюсь.
– С меня причитается, Шейн, – произнёс дед, поворачиваясь к нему и только сейчас замечая молчаливого Ромку, который со странным выражением наблюдал за нами. – А это ещё кто такой?
– Роман Калинин, – спокойно ответил парень и даже слегка склонил голову в знак приветствия.
– Слуга?
– Друг, – тут же вставила я, дабы пресечь на корню все недоразумения. Если Калинин вздумает подраться с дедом, тот парня с такими кулаками одним ударом о стенку размажет. – Мой друг.
– Подрался со Стаутом и завтра будет отправлен в свой мир, – добавил Шейн.
И дед неожиданно обрадовался.
– Этот вопрос ещё не решён, – не отступала я.
– Желаю удачи, Искрем, – ещё больше развеселился императорский ищейка, подмигнул мне и исчез в клубах чёрного дыма.
– Интересный у него способ перемещения. И красивый.
– Затратный только, поэтому Шейн редко им пользуется, предпочитая просиживать в своих застенках. Итак, Лея.
– Итак?
– Рад с тобой познакомиться, внучка.
Я промолчала. Сказать, что рада – солгать. Сообщить, что не рада – обидеть. Поэтому в сложившейся ситуации лучше всего просто промолчать.
А дед – я мысленного называла его именно так – коротко хохотнул и произнёс:
– Предпочитаешь сразу перейти к делу или?
– Сразу, – быстро вставила я. – Не вижу смысла ходить вокруг да около.
– Тогда пройдём, дорогая Лея, в мой кабинет, – приобнимая меня за плечи, громко провозгласил старый дракон.
– Роман пойдёт с нами, – напомнила ему.
Искрем бросил взгляд на Ромку и пожал плечами.
– Всё равно завтра память сотрут. Если тебе так будет легче, то пусть присутствует.
До кабинета мы дошли довольно быстро. По пути нам попалась парочка слуг, которые бросали на нас короткие любопытные взгляды и быстро исчезали с пути.
– Присаживайтесь, – дед указал нам на высокие стулья, а сам сел во главе стола. Мощное кресло с высокой спинкой под ним жалобно скрипнуло. – Чай, кофе, вино? Или, может, лучше коньячку?
– Нет, спасибо, – пробормотала я.
– А вот я не откажусь от коньяка, – заявил он, доставая из ящика стеклянный графин и пару стаканов. Поставив их на стол, он глянул на Ромку. – Будешь?
– Нет, благодарю.
– Как хочешь. А я вот выпью за новообретённую внучку, о существовании которой не подозревал.
Чтобы отпраздновать сие великое событие, ему понадобилось целых два захода.
– Ты знаешь, чем важна для Келии и для драконов в частности? – в конце концов произнёс он и аккуратно вытер пышные усы, закручивая их кончики.
– Меня уже посвятили в проблемы вашей рождаемости.
– Нашей рождаемости, Лея, – поправил он, вновь наполняя стакан. – Хм, Лея. Нет, это имя не пойдёт для наследницы огненных драконов. Лея, Лея… Точно, – он громко хлопнул по столу, и я едва не подскочила. – Леандра!
– Кто Леандра?
Я совсем потеряла нить разговора. Может, ему не стоило так отмечать, а то вскоре путаться начнёт.
– Так звали родоначальницу нашего славного огненного рода. Лея – Леандра, идеально подходит!
– Подходит для чего?
Ромка уже тихо хихикал, прикрывая рот рукой. А вот мне было совсем не до веселья.
– Для моей наследницы. Будешь Леандра Борк, Огненная Леандра, – торжественно провозгласил он и поднял стакан. – За это надо выпить!
– А может, не стоит, – нерешительно пробормотала я, а Ромка сдавлено хрюкнул.
Но дедуля уже осушил стакан в пару глотков и занюхал собственным рукавом.
– Продолжаем разговор, Леандра.
Я кивнула, решив пока с ним не спорить. Менять имя мне не хотелось. Сколько раз в детстве надо мной издевались из-за него. Перенеслась в другой мир, и снова не так.
– Завтра представим тебя сородичам. Познакомишься с бабулей.
– А ваш сын тоже будет присутствовать? – тут же спросила я.
Искрем скривился, было видно, что от собственного отпрыска он не в восторге.
– Тирен ещё не знает о том, что ты здесь. Но узнает. За то, что скрыл от меня внучку, я ему, – мужчина показал огромный кулак, величиной с мою голову и грозно потряс им, – ухи поотрываю.
Я дипломатично промолчала, что папик исчез до того, как мама узнала о беременности. Уши кое-кому точно не мешало оторвать, как и кое-что другое.