Зубы стучали всё громче, но я отказывалась сдаваться. Представила своё тело как сосуд. И где-то тут должен тлеть уголёчек, совсем крохотный, но яркий. Я точно знаю, что он есть.
Первую искру я едва не пропустила. Она мигнула и почти погасла. Но я успела вовремя её поймать, чтобы больше не отпустить.
В этот раз боли такой не было. Да, неприятно выкручивало руки и ломало суставы, слышать это было еще противнее. Но боли не было. Не прошло и пары секунд, как я обратилась в красного дракона.
Открыла глаза, взглянула на деда, который словно уменьшился в размерах, и чихнула. Результат был тот же, что и в прошлый раз: загорелся ближайший куст.
– Ой, – пророкотала я.
Дед не глядя погасил пламя и медленно меня обошёл по кругу. А для меня самое главное было не дёргаться, чтобы не сбить Искрема с ног. Сложнее всего было управлять хвостом, он так и норовил сдвинуться с места.
– Хороша, – подытожил мужчина, закончив осмотр.
– Мне теперь каждый раз надо будет так мучиться для того, чтобы обратиться? – спросила у него, неловко переступая с лапы на лапу.
К таким габаритам нужно было еще привыкнуть.
– Нет. Тебе просто нужна тренировка. Потом ты научишься легко и быстро призывать дракона. Полетать хочешь? – вдруг спросил он, скидывая кафтан на землю, затем рубашку. Когда руки его потянулись к ремню, я быстро отвернулась, сбив хвостом пару кустов.
– А можно?
– Конечно. Тебе надо размять крылышки и почувствовать это, – ответил он и громко рыкнул.
Скосив взгляд, я увидела, как рядом со мной возник огромный тёмно-красный дракон. И я снова почувствовала себя маленькой.
– О-о-о, – пробормотала я, разглядывая его блестящую чешую.
– Готова? – прорычал он, расправил крылья и, сделав пару огромных взмахов, которые смели с верхушек деревьев снег, поднялся вверх.
Ему легко говорить, а я понятия не имела, как это сделать.
– Расправляй крылья, – кружа надо мной, велел Искрем.
Осторожно последовала его приказу. Технику подъема я видела, но как применить её, ещё не знала. Это то же самое, как если бы у меня появилась третья нога, и надо было научиться ходить по-новому.
– Ну же, Ленадра, не трусь. Всё получится.
Взмах… второй, третий. Снег облаком взвился вокруг меня, забиваясь в нос и глаза, но я продолжала махать крыльями, а затем подпрыгнула на месте. Словно это могло помочь мне взлететь. Не помогло. Я вновь приземлилась на все четыре лапы и рыкнула от злости.
Еще раз. Снова взмахи и прыжок. Каким-то чудом удержаться в воздухе получилось, хотя и немного кривовато. Я лихорадочно махала крыльями, виляя из стороны в сторону и едва не сбивая растительность на своём пути. Так барахтаются в воде не умеющие плавать малыши. Брызг много, толку мало.
«Ну же, Лея, успокойся!» – прорычала я на себя и попыталась уменьшить взмахи и выровняться.
Меня едва не ударило о землю, но удержаться я смогла, лишь сильнее стиснув зубы. Сердце бешено стучало в груди от страха и восторга, когда медленно, но верно я стала подниматься над парком.
Искрем кружил рядом.
– Молодец, девочка. Хорошо.
А я сама не верила, что смогла. Мне хотелось смеяться, кричать и делать кульбиты в воздухе. С последним надо было подождать, не уверена, что не грохнусь на землю после таких выкрутасов.
Словами не описать это чувство полёта. Когда парк, замок и слуги находятся внизу, а я сама парю в облаках, подставив морду встречному ветру, который мягко ласкает гладкую кожу. Это можно было сравнить лишь с плаваньем, которое я всегда любила.
Во время одного из кругов вокруг замка я внезапно заметила одинокую мужскую фигуру. Он стоял в одном из укромных уголков парка и пристально смотрел на меня. Не на Искрема, который был рядом всё это время, не давая упасть, а именно на меня.
Сначала я подумала, что это Призрак, но потом поняла, что ошиблась. Это был кто-то другой. Кто-то, при взгляде на которого у меня что-то кольнуло в груди от тревоги.
Поняв, что его заметили, мужчина круто развернулся и поспешил прочь, оставляя после себя лишь следы на снегу.
– Что-то не так? – рядом со мной оказался Искрем.
– Нет, всё нормально, – я сделала новый заход для круга.
– Устала?
Мне хотелось сказать «нет», хотелось продлить это невероятное ощущение полёта. Но вместо этого я прислушалась к своему новому телу и с удивлением поняла, что действительно устала. Мышцы ныли, крылья при каждом вираже едва уловимо дрожали, а дыхание тяжело вырывалось из груди.