— Я за тобой ухаживал, потому что ты красивая девушка, добрая, хороший человек, — пожал плечами Саша и достал из кармана куртки пачку сигарет. — Но ведь одно другому не мешает.
Вспыхнуло пламя зажигалки, осветив на несколько секунд лицо Котельникова: квадратный подбородок, прямой нос, опущенные тёмные ресницы и широкие прямые брови.
Лицо было грустным, и на миг Катя едва не поддалась жалости, но вовремя сама себя остановила. Нет, в данном случае она Сашке не помощница. Сама недавно от всего этого отошла.
Парень отступил на пару шагов и разогнал рукой дым.
— И вообще, зачем обязательно расставаться? Поехали со мной, Кать? Что тут делать-то?
— Как «что»? Жить. Всюду люди живут, не только в больших городах.
— Скажи ещё какую-нибудь расхожую банальность, претендующую на истину. Ну типа «не место красит человека», «где родился, там и пригодился»...
Саша удивлённо смолк, потому что Катя, не прощаясь, отвернулась и быстро зашагала по улице. Через пару секунд фигурка девушки скрылась в темноте, и Котельников, отбросив сигарету, припустил вдогонку.
— Вот это скорость! Еле догнал, — выдохнул он, преграждая путь Кате.
— Пить надо меньше.
— Обижаешь, Кать! Я и не пил почти, всё тебя от кавалеров охранял.
— За это спасибо, — кивнула Катя.
— Прости, ладно? — примирительно заговорил парень и близко заглянул в лицо спутницы. — Признаю, что был не прав сейчас. Честно. Предлагаю просто хорошо общаться, по-человечески, по-дружески.
— Договорились, Саша, — улыбнулась Катя. — Наконец-то я тебя узнаю́.
— Неужели я так уж изменился? — подстроившись под шаг Кати, Саша взял руку девушки и положил на свой локоть.
Катя промолчала, но руку не убрала. Объясняться по-прежнему не хотелось, но кажется, упрямый провожатый не намерен был отставать. А может, ему просто хотелось выговориться?
— Саша, — решилась Катя. — Если хочешь, пойдём к нам в гости. Посидим, чаю попьём, поговорим. По-человечески, по-дружески, как ты сказал.
— Пойдём! — обрадовался Котельников. — А мама твоя не будет против?
— Мама наверняка уже спит. Мы же не будем шуметь и мешать ей. Собаки будут против, но я с ними договорюсь.
...Саша ушёл домой только в седьмом часу утра. Они с Катей ночь напролёт проговорили, и он рассказал всю историю их с Ларисой отношений от начала до конца. Катя так и не стала рассказывать о своём наваждении, от которого ей только-только удалось избавиться.
Если Котельников по-прежнему не смирился со своей потерей, до сих пор переживал и страдал, то девушка хотела забыть об истории с Андреем как можно быстрее, вырвать эти страницы из жизненной книги.
Потом Саша исчез на неделю и появился уже после Нового года. В течение нескольких дней ребята выходили вдвоём на лыжах в лес около посёлка, подолгу катались, много разговаривали. А потом Котельников уехал.
Правда, перед отъездом пришёл попрощаться, принёс Кате розы и огромную коробку конфет. А ещё оставил свой новый адрес.
— Катя, ты подумай хорошо, прими правильное решение и приезжай.
— Я подумаю, Саша, — улыбнулась Катя.
Она улыбалась, но на душе вовсю скребли кошки: неожиданно стало очень жаль, что Саша уезжает. Как выяснилось, она очень привыкла к нему, даже привязалась.
— Только подумаешь? А другие два пункта? Я ведь серьёзно, Катя!
— И я серьёзно, Саша. Пока подумаю, а дальше видно будет.
Котельников уехал, и жизнь пошла своим чередом. Сначала Катя была уверена в том, что ни за что не поедет к Саше сама, поскольку не хочет стать вечным вторым номером, заменой. Вряд ли Лариса будет когда-то окончательно забыта.
Но время шло, и Саша не давал о себе знать, а Катя скучала всё сильнее день ото дня. За то время, которое они провели зимой вместе, девушка успела привыкнуть к их разговорам, шуткам Саши и его вниманию, и замену этому общению найти не могла, как ни старалась.
А в начале лета сама судьба привела Катю в Пермь, поскольку руководство отправило девушку на курсы повышения квалификации. Катю собирались перевести на должность специалиста в отдел кадров.
* * * * * * *
Лето 1997 года
Катя должна была уехать на первой электричке, потому накануне собиралась целый день, а вечером пекла пирожки. Мамы дома не было, — Тамара Ивановна теперь почти всё свободное время проводила у соседа Геннадия Михайловича, — потому задавать вопросы было некому.
Катя делала вид перед самой собой, что пирожки ей очень пригодятся, однако в глубине души прекрасно понимала, что старается для Котельникова.
Ещё со времён совместного участия в ансамбле Катя знала, что Сашу вырастили отец и мачеха. Свою маму Саша совсем не помнил, — роды стали для бедной женщины роковыми.