Мне удается вывести шайбу из нашей зоны, и я мчусь на всех скоростях к воротам соперника. Мне удается бросить, но их вратарь ловит и прижимает шайбу, останавливая игру.
Десять минут мы перемещаемся из нашей зоны, в зону соперника, и обратно. Броски, передачи, силовые приемы и не одной реализованной возможности.
Да что это, мать твою, такое?
Судья назначает новое вбрасывание у наших ворот. На этот раз мне не удается его выиграть. Номер 15 команды соперника делает отличный пас своему нападающему, и тот мощным ударом бросает в Руслана, но, к нашему счастью, попадает в перекладину, и шайба с громких щелчком отскакивает от нее.
Моисей перехватывает шайбу, и посылает ее назад на меня. Я изо всех сил несусь к воротам соперника. Боковым зрением замечаю Марка, и догоняющего его соперника. Пересекаю синюю линию без нарушения правил. Мчусь дальше. Почти у самых ворот делаю пас на Марка, минуя защитника соперника. Марк, не раздумывая, возвращает шайбу мне, и я быстро и точно ударяю по ней, заставляя ее залететь в ворота.
— Да, мать твою, — кричит Марк, подлетая ко мне. — Наконец-то.
Принимаю поздравления от товарищей по команде и тренеров, садясь обратно на скамейку. Адреналин бурлит в венах, а внутри ощущается мощный прилив энергии от забитой шайбы.
Поднимаю голову на куб в центре катка. До конца третьего периода семь минут. Нужно забивать, и не пропускать.
— Играй, играй, играй, — кричит мне линейный судья, когда я стою с шайбой в своей зоне. — Не стой.
Мне приходится отдать пас Снегирю, и поехать меняться. Новому перетасованному звену удается переместиться к воротам соперника, и даже сделать несколько опасных бросков, но их голкипер отлично справляется со своей работой.
За две минуты до конца основного времени, мы с Марком, Моисеем, Колей и Женей Власовым, вылетаем на лед.
— Попробуй сразу сделать бросок в ворота, — негромко произношу я, подъезжая к Марку.
— Зачем?
— Просто сделай. Точнее сделай вид, что ты отдаешь пас мне, а в последний момент ударь по воротам, — быстро объясняю другу. — Если не получится, их вратарь отобьёт шайбу. И если он ее не прижмет, она от него отскочит, тогда кто-то из нас попробует добить.
— Понял, — тут же кивает он. — Попробую.
— Давай.
Мы встаем на свои позиции, и напряжение витает в воздухе. Вижу, как Марк подстраивается под пас, готовясь к вбрасыванию у ворот соперника. Специально стучу клюшкой об лед, как бы сообщая о готовности принять передачу. И это срабатывает. Замечаю, как голкипер перемещается по линии ворот, ближе ко мне.
Линейный судья бросает шайбу, и Марк выигрывает вбрасывание, точным ударом бьет клюшкой, как я ему посоветовал. Вратарь бросается отбивать, но его реакция слишком запаздывает — он не успевает среагировать должным образом. Шайба пролетает мимо него с оглушительным свистом и попадает точно в цель.
— Красавчик, — восклицаю, и друг молча показывает на меня рукой, широко улыбаясь.
Матч заканчивается со счетом 2:1.
Мы выиграли.
Мы в полуфинале, детка.
С командой довольные возвращаемся в раздевалку, уже переступив порог, я слышу восторженный мужской бас возле общей тренерской и это заставляет меня остановиться на полушаге. С любопытством выглядываю изо двери и передо мной открывается интересная картина: Полина в окружении своего дедушки и Николаича. Она счастливая и с сияющей улыбкой на лице знакомит мужчин.
— Я никогда бы не подумал, что буду говорить с вами лично, Роман Николаич, — дед Полины протягивает руку вперед. Вблизи он еще выше и шире.
— Можно просто Рома, — усмехается тренер. — Полина рассказала, что вы наблюдали за моей карьерой?
— Да, еще с молодежки.
— Даже так? — Николаич отвечает на рукопожатие. — Безумно приятно.
Дед смущенно улыбается.
— А чего мы стоим в коридоре? Давайте пройдем в тренерскую? — тренер открывает дверь.
Мужчины почти тут же исчезают внутрь, а Полина, словно почувствовав мое присутствие, смотрит в мою сторону и наши глаза встречаются. Мои губы расплываются в улыбке, и она, не в силах сопротивляться моему обаянию, улыбается в ответ. Ее блестящие глаза манят меня к ней. Я уже собираюсь сделать шаг вперед, но она отрицательно качает головой, останавливая мои намерения.
— С победой! — произносит она одними губами, и следом за дедом скрывается за дверью.
Полина не хочет, чтобы нас заметили вместе, и это меня сильно раздражает. Я ничего не могу с этим поделать. Если я начну слишком давить, она исчезнет из моей жизни так же быстро, как и вошла в нее. С ней нужно действовать иначе, без спешки и резких движений.
Один раз я уже покорил эту вершину, значит сделаю это еще раз.
На следующий день я заезжаю за Полиной после обеда. На парковке возле ее жилого комплекса много свободных мест, поэтому без труда паркуюсь возле подъезда и пишу ей СМС о своем прибытии.
Минут через пять парадные двери, наконец-то, открываются и из них выходит Полина. И моя дурацкая улыбка уже растягивает мое лицо. Девушка одета в черные классические штаны, свободную голубую рубашку, закрытая обувь на небольшом каблуке, а сверху накинуто черное кожаное пальто. Мне приходится сесть поудобнее, чтобы скрыть последствия в штанах от нее появления.
— Привет, — улыбается она, садясь в машину.
— Ты когда-нибудь можешь приехать ко мне сюрпризом в этом кожаном пальто на голое тело? — спрашиваю я вместо приветствия.
Она смеется и смотрит на меня с озорным блеском в глазах.
— Может быть. Смотря, как будешь вести себя.
— Я буду паинькой.
Полина снова смеется.
— Поехали, уже, паинька. Нас ждет сегодня пять помещений, — просит она. — А тебя еще вечером на тренировку.
— И не говори, — завожу мотор и выезжаю с территории комплекса.
— Почему так не весело?
— Николаич, поставил две тренировки в день. Одну в зале — утром, вторую вечером — на льду.
— Зачем? — Полина открывает свой ежедневник.
— Чтобы не расслаблялись и были в тонусе, — поясняю. — У нас же игра только через четыре дня. Все это время мы должны работать и не терять форму.
— С точки зрения стратегии — все правильно, — она поднимает на меня взгляд ярко-зеленых глаз. — Можно я возьму твой телефон, чтобы вбить первый адрес?
— Вообще нельзя, но тебе можно.
Полина замирает, а мои губы расплываются в самодовольной улыбке. Всего пять слов и девушка обескуражена.
— Если ты так будешь зависать, то мы никуда не приедем, — поддразниваю я.
Она перестает смотреть на меня, как на пришельца, и мотает головой.
— Тут пароль. Введи, пожалуйста.
Полина протягивает мне телефон.
— Введи сама. 554454.
— Погоди, — боковым зрением вижу замешательство на ее красивом лице. — Ты в курсе, что только что продиктовал мне пароль от своего телефона?
— Да, в курсе. Мне нечего скрыть.
— А что, если я случайно увижу голые фотографии твоих фанаток?
— Не увидишь, — спокойно отвечаю я.
— Потому что у тебя их нет? — шутит она.
— Потому что они скрыты, — по салону разносится мой громкий смех. Полина, прищурившись, бросает на меня недовольный взгляд, но тень улыбки все равно проскакивает на ее лице.
По дороге до первого вариант, Полинка делиться идеями, планировкой и дизайном студии.
— Ты только представь, — восклицает она. — Панорамные окна, зеркала во всю стену. Обязательно с подсветкой. Большое пространство для переодевания, удобные диванчики и столики.
И я представляю это все вместе с ней. Ее энергия и целеустремленность восхищает, а в ее глазах загорается заразительный огонь, что мне хочется сделать все для реализации ее мечты.
Первое помещение, которое мы осматриваем, расположено в старом здании: в некоторых местах стены обрушиваются, а потолок заметно провисает. Фотографии в объявлении и реальность — это просто небо и земля. Мы быстро понимаем, что к чему, и вычеркиваем это место из списка возможных вариантов.