Выбрать главу

— Вернее ошибок твоего мужа!

— Закроем эту тему, — отрезает мать. — Развода не будет. Никакая девчонка не выгонит меня из собственного дома. И тебя тоже, — со вздохом откладывает вилку. — Не хочу я есть. Давай лучше прогуляемся где-нибудь? Мне нужно немного проветрить голову.

***

Следующим утром деду становится лучше. Причём настолько, что он с превеликим удовольствием глумится над отчимом и задевает маму. Он, конечно, всегда был не сахар, никогда не упускал случая напомнить мне, что я не кровный Раевский, а так же каким конченым уродом был мой настоящий папаша. Но одно дело, когда задевают меня, другое дело — мать. Чтобы не сорваться, и не доставлять ей ещё больше проблем, я просто ухожу из столовой.

В универ мне ко второй паре, но если пробуду дома ещё хотя бы полчаса, точно сорвусь. Уже надеваю куртку и собираюсь выйти на улицу, как в спину прилетает прохладный оклик:

— Егор, задержись.

Нехотя поворачиваюсь к отчиму. Он неспешно подходит ко мне, хмуро сдвинув брови и спрятав руки в карманы брюк. После его признания матери в своих параллельных победах на любовных фронтах, мы практически не разговаривали. Особенно когда он согласился с дедом и поставил нас всех перед фактом, что его внебрачная дочь переезжает в наш дом.

— У меня к тебе просьба, — говорит тоном, никак не ассоциирующимся с просьбами. — Не доставляй проблем, особенно сейчас.

Терпеливо выдыхаю, качая головой. В последний раз, когда у отчима были из-за меня проблемы, была драка, вследствие которой я загремел в полицейский участок. Больше я нигде не светился, по крайней мере так, чтобы добавлять Раевскому лишних хлопот.

— Ну что ты… Разве я теперь смогу тебя переплюнуть? — не могу удержать язык за зубами.

Отчим ещё больше мрачнеет.

— А ты и не старайся, Егор, — произносит строго. — То, как ты повёл себя за завтраком…

— Я всего лишь молча ушёл.

— Вернее демонстративно.

— Ну извини, спокойно сидеть и слушать, как царь Раевский макает мать в дерьмо, упиваясь своей вседозволенностью, можешь только ты.

— Егор! — рычит уже сердито. — Ты забываешься. Следи за своим языком!

— Разве я сказал неправду?

— Хватит! Не испытывай моё терпение. Твоё мнение в этом вопросе меня волнует меньше всего.

— Я и не сомневался.

Его лицо становится темнее тучи.

— Значит так, — он режет по мне сердитым взглядом. — От тебя, как от старшего, я ожидаю адекватного поведения. Алину придётся принять, хочется тебе того или нет. В чём-то даже помочь, если будет нужно. В отличие от вас, она не привыкла к излишнему вниманию.

— Сочувствую, но помочь вряд ли смогу.

Единственное, что я готов сделать для внебрачной дочери отчима — это не замечать её. Целее будет.

— А ты постарайся. И не вздумай её обижать!

— Да на кой чёрт мне сдалась твоя дочурка?! — всё-таки взрываюсь.

— Егор! — раздаётся неподалёку предостерегающий голос матери.

Я сжимаю челюсти и прикрываю глаза. Хотел же свалить отсюда по-тихому, и ни с кем не цапаться. Не вышло, увы.

— Тебе стоит поговорить со своим сыном, Людмила, — холодно цедит отчим, едва сдерживая ярость. — Иначе следующий мой разговор с ним будет другим.

Я уже давно не реагирую на его разграничения, а вот мать задевает каждый раз. Вот и сейчас она заметно бледнеет, когда отчим подчёркивает, что я ему не сын. Он делает так каждый раз, как только мы ругаемся, или же когда я не дотягиваю до его высоких планок и больших ожиданий. Подрался с мальчишками в школе — стал только матери, взял золото по плаванию — снова стал и его, провалился в заплыве — опять разжаловали. Пошёл на юридический — наш, хотел пойти в архитектурный — матери. Можно со счёту сбиться, если вспоминать все мои «неугодные» поступки и решения. Больно было только в детстве, потом немного подрос и мне становилось просто неприятно, сейчас — вообще насрать.

Бросив на меня ещё один гневный взгляд, Раевский круто разворачивается и уходит, а мама напротив шагает ко мне.

— Егор, ну зачем ты…

Затем!

— Мне пора, мам, — распахиваю дверь. — А то в универ опоздаю!