Мастер молчал. Гнев и обида раздирали его изнутри. Лина ушла и, возможно, больше не вернется. Единственный способ её удержать – это угрозы. По-другому она не согласится прийти сюда. Он слишком много её обманывал. С самого начала опутал ложью. Она не захочет понять его мотивов. И это печально.
«Слишком быстро всё закончилось».
А Селия, наоборот, радуется. Ну, конечно, она никогда не одобряла его увлечений. Может, и не выказывала неприязнь открыто, но делала всё, чтобы он понял сам: этим девкам тут не место. Пусть делают своё дело и проваливают.
Лина задержалась дольше всех. Но она и единственная, кто так сильно похож на образ, рисуемый его памятью. А ещё удачное стечение обстоятельств, связанное с её отцом. Мастеру не было жаль его, ведь каждый получает по заслугам. И он тоже получил своё.
Резко обернувшись, он сгреб в свои руки Селию. Она сначала опешила от такого напора, но затем быстро обмякла. У неё не было привычки противиться проявлению его чувств. Пусть делает, что хочет, лишь бы не уходил надолго. В конце концов ей не с кем его делить. Неужели эти глупые испорченные девчонки могут считаться соперницами? Смешно.
Он толкнул её на диван, где спала эту ночь Лина. Задрал ей платье, довольно грубо стащил колготки, порвав их, и нижнее бельё. Селия помогала ему устроиться поудобнее. Её всё происходящее невероятно радовало и возбуждало. Она привыкла к его грубости, жесткости, и ей это даже нравилось. С бывшим мужем такой страсти никогда не было. Да и с многочисленными любовниками, которые были поле него. Одна скука.
Её мастер, её художник – он сумасшедший. Он умеет не только создавать потрясающие образы на холсте. Он и в жизни творит шедевры. Например, то, что сейчас происходит с ней, – очередное его творение. Которое она, конечно же, потом будет вспоминать и прокручивать в голове. До следующего раза.
В момент приближения к разрядке, он склонился к ней, опустил голову на плечо. И осипшим голосом прошептал имя.
Не её имя.
А затем вышел из неё, устало прикрыв глаза и откинувшись рядом на подушки.
Злоба душила её. Ей хотелось ответить ему, ударить побольнее, чтобы он прочувствовал на своей шкуре, каково это, когда вместо тебя хотят другого. Но ранить его сердца она не могла. Для неё оно было закрыто. Оставалось только тело.
Поискав глазами, Селия нашла на столике статуэтку обнаженной женщины. Потянулась к ней, сжала в руке. Мгновение она колебалась. Но потом решительно занесла статуэтку над головой мастера.
И в этот миг он открыл глаза и поднялся на ноги. Статуэтка выпала из руки Селии и упал на пол. Он даже не обратил на неё внимание. Настолько был поглощен очередной идеей, пришедшей в голову.
– Ты сегодня же поговоришь с ней, – твердо сказал мастер. – Она должна вернуться.
– Нет, – Селия сжала губы. Ни за что.
– Да, – он не собирался уступать. – Или я больше никогда к тебе не прикоснусь.
– Откажешься от нас ради этой девчонки? Да она ничего не умеет.
Он хищно улыбнулся.
– Но её можно научить.
– Нет, – повторила Селия. Мастер подумал в этот момент, какие некрасивые у неё губы, когда она сжимает их. Тонкая бледная полоска с размазанной помадой. И легкие морщины вокруг губ, которые проступают, когда она снимает грим.
– Да, – он склонился к ней. – И, чтобы ты понимала: я не собираюсь отказываться от нас. Мне хорошо с тобой.
– Тогда зачем нужна она? – с обидой в голосе ревнивой женщины спросила Селия.
– Я ещё не закончил, что хотел. Мне нужны картины.
– Ни на одной нет её лица.
– И не будет. Она сама – вдохновение. Её присутствие здесь. Её энергия. Мне всё это нужно.
– Ну-да, – вдруг согласилась Селия. – К тому же столько денег на неё потрачено. Она ни за что не расплатится с нами.
– Селия Гонсалес, – он редко называл её по фамилии. Только когда хотел основательно задеть. – Твой расчетливый ум не знает отдыха. Каждое дело для тебя – это вложение.
– Именно поэтому ты со мной. Когда владеешь красивой, умной женщиной, это поднимает тебя на новый уровень, – напрямую выпалила она.