Пауза.
Ему удалось поймать её на собственной лжи.
Лина не знала, каких отношений хочет. Перестала понимать, куда ведут её чувства. Ясно было одно: она запуталась.
Артур помог ей подняться. Мягко взяв за руку, повел в комнату. Лина не сопротивлялась. Похоже, он лучше, чем она, знает, что нужно делать.
* * *
Он был и нежным и страстным одновременно. И ухаживал за ней и требовал то, чего она раньше не делала. Стыдливость её смешал с пороком и наслаждался собственным триумфом. А Лина ощущала себя куклой в его руках. И прикрывалась, оказавшись сверху – непривычным был для неё ракурс. И извивалась под умелыми пальцами игрока.
– Нет, для тебя я мастер, – обронил Артур. Отчего Лина вздрогнула.
«Ты не он, – мысленно возразила девушка. – Никогда не называй себя так».
После этих слов она стала выключаться из процесса. А воображение разыгралось и неожиданно подменило реальный образ тем, что жил в её фантазиях. Лина живо представила на месте Артура мастера. Дени – теперь она знала его имя. И возбуждение с новой силой пролилось по её венам, срываясь томными стонами с губ. Лина закрывала глаза и видела перед собой мастера. Представляла, что это он вбивается в неё своим телом. И крепче сжимала мышцы, и не хотела его отпускать.
Артуру это, должно быть, нравилось. Он выглядел довольным, словно огромный дикий кот. И лишь в один момент, буквально несколько секунд, когда Лина открыла глаза, и их взгляды столкнулись, она увидела его триумф. Так смотрят победители сквозь желанный трофей на своего поверженного противника. Словно бы Артур знал о существовании другого мужчины в жизни Лины. И своими четкими движениями в её теле давал ему понять, кто здесь главный.
«Может, мне показалось?» – размышляла позже девушка, оставшись распростертой на постели. Артур вышел в ванную, и она, ловя последние лучи солнца через проем в задернутой на окне шторе, ощущала, как веки сами собой закрываются. Вскоре она уснула. Бессонная ночь и чрезмерно бодрое утро дали о себе знать. Организм отказался принимать информацию, тем более, её анализировать.
Вернувшись в комнату, Артур нашел Лину уже спящей. Он заботливо, как не сделал бы этого при ней бодрствующей, укрыл девушку одеялом, а затем вышел, притворив дверь. Спать он пока не собирался.
В этой квартире для него было много незнакомого. Обстановка, отличная от той, к которой он привык. Ему нравилось смешивать стили, придумывать неожиданные образы, примерять на себя разные роли. Артур – дипломат, успешный бизнесмен – одна из самых удобных ролей. Ему было в ней комфортно. Он чувствовал власть, мог позволить очень многое. Это была самая выгодная его сделка с собственным Я. И если бы не постоянная жажда перемен, он мог бы остаться в этой роли навечно.
Он убрал контейнеры с едой обратно в холодильник. Когда Лина проснется, ей надо поесть, иначе силы начнут покидать её. К сожалению, она пока ещё плохо заботится о себе. Пока отец был с ней рядом, это не так ярко бросалось в глаза. Но сейчас его нет, и Лине как будто не так много надо.
Это заблуждение. Она пока не понимает, насколько важно жить своей жизнью. Вот только сам Артур об этом давно забыл.
Он сварил себе кофе. Хотелось чего-то более крепкого, но у Лины в квартире не нашлось алкоголя. Правильная девушка. Начинать не нужно. Потом неизбежно возникают проблемы, как у него, например, в прошлом. Хорошо, что удалось завязать.
Частично удалось.
Что дается легко Артуру, то не способна преодолеть другая субличность.
На телефон пришло сообщение от банка о выгодных условиях оформления нового кредита. Артур усмехнулся и стер сообщение. Как хорошо, что на этот номер ему редко кто пишет. Городские службы, те же упомянутые банки, мобильный оператор. Из знакомых – никого. На все вызовы стоит автоответчик. Все записи с него Артур удаляет, не читая. Кто бы ни был абонент, желающий с ним говорить, – он не желает никого.
В его образе жизни много прелестей. С одной стороны, публичное лицо. С другой – абсолютно закрытый персонаж. Он появляется на светских мероприятиях, но никогда не дает интервью. Те, кто пытался раздвинуть его границы, знают, насколько это опасно. Никого Артур не впускает в личную жизнь. Ни единого человека. Только тех, кого он сам возьмет за руку и поведет за собой.