Идея провести показ на крыше — моя. Мне показалось, что будет выигрышно, если взяв в аренду продукцию каждого дизайнера, мы представим её на наших моделях, а фоном выступят не декорации, а ночная Москва с её бесконечными огнями и дорогами.
Я с предыханием оглядываю конструкции, специально сооруженные на крыше, чтобы сделать представление максимально ярким. Стелла придумала арки полумесяцем из чёрно-золотых роз. Весь показ тоже будет в чёрно-золотом звёздном стиле.
Я считаю, мы должны заполучить хотя бы одного из дизайнеров. У нас для этого имеются все шансы.
Мысли о работе отвлекают от мыслей об Артуре, о маме и папе, о будущем, в которое мне страшно смотреть. Ведь в этом будущем может остановиться сердце тех, кого я так люблю.
Достойно ли в этом случае биться моё собственное сердце?
В уборной я умываю лицо холодной водой. Смотрю на себя в зеркало, сжав пальцами края раковины.
Я смогу. Нет уверенности, что я нашла дело своей жизни, но на данный момент я счастлива, что устроилась работать в журнал.
Музыка на крыше начинает играть громче. Это означает, что до официального начала мероприятия осталось полчаса.
Промокнув лицо бумажным полотенцем, я швыряю его в урну и выхожу из убороной. Следую обратно на крышу. Огни усыпали пространство и красиво горят посреди чёрно-золотых цветов.
Взглядом нахожу Стеллу, которая проверяет выход на подиум.
— Ну как? Всё идёт как надо? — спрашиваю девушку, поровнявшись с ней у края экрана.
— Вроде да. Остаётся скрестить пальцы. Нужно ещё проверить, как там идут дела у стилистов. Мероприятие должно начаться минуту в минуту. Ни секундой позже, — Стелла протягивает мне гарнитуру с микрофоном. — Чтобы общаться было проще.
— Ужас, как я волнуюсь.
— Всё пройдёт на высшем уровне. Нужно верить в лучшее.
Сжимаю пальцами гарнитуру, прикусываю нижнюю губу и снова обвожу взглядом крышу. Выглядит великолепно. Должно получиться...
— Здесь Ахметов. Один, — Стелла чуть наклоняется и шепчет мне на ухо.
Я настолько не ожидаю этих слов, что превращаюсь в статую. Ноги тяжелеют, словно их залили бетоном.
Позвоночник мигом обрастает коркой льда.
Невыносимо слышать его имя.
Невыносимо существовать с ним в одном городе.
А какого будет увидеть его?
Увидеть? Здесь и сейчас? Сегодня?
Даже не видя его, но зная, что он здесь, я уже ощущаю горячий ком, сворачивающийся под рёбрами и давящий на сердце.
— Мне-то что с того? Один он или с кем-то. Плевать на него вообще, — произносят мои губы, а голос будто бы не мой. Будто говорит какая-то девушка со стороны...
Стелла пожимает плечами.
— Кстати, говорят, скандал был. Он Крупского до реанимации избил. Ну, помнишь, бизнесмена Андрея Крупского? Ты не знаешь, что могло произойти? Я имею ввиду, что ты можешь быть в курсе некоторых делишек в компании.
Внутренности стягивает огненным канатом. Именно в этот момент я решаю на него посмотреть. На мужчину, которого похоронила в своей душе.
Проследив за взглядом Стеллы, я смотрю на вход на крышу, недалеко от которого стоит Артур. Он о чем-то говорит с нашим редактором.
У меня перехватывает дыхание от того, какой он красивый. Всё ещё самый красивый на планете мужчина.
Волосы сильнее отросли за это время. Сейчас они с висков стянуты резинкой на макушке, а позади касаются воротника белой рубашки. В свете огней разноцветные глаза сверкают.
Я и забыла, какой он огромный. Возвышается на три головы над присутствующими.
Он избил Крупского? Неужели... он узнал...
Но как?
— Агата Рустамовна, Стелла Марковна, у нас проблема! — перед нами выпрыгивает перепуганный визажист, и судя по белому лицу и выпученным глазам, дела действительно плохи.
— Что?! — Стелла делает шаг вперёд. — По шкале от нуля до десяти, насколько пи*дец пи*децкий?
— Десять, — в панике кивает девушка. — У нас манекенщица, которая на японца готовилась, на лестнице упала и ногу, кажется, сломала!
— ЧТО?!
ДЕВОЧКИ, ПРОВЕРЬТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ВСЕ ЛИ ПОДАРКИ ПОЛУЧИЛИ!!!
Глава 8
Глава 8
Агата
Если вам кажется, что кто-то сломал ногу, то вам не кажется.
Это катастрофа.
— Господи, помилуй... — выдыхает Стелла, когда неотложка увозит манекенщицу и, наверное, нашу карьеру вместе с ней.
Перелом в двух местах.
Это была наша лучшая модель, поэтому мы выбрали её на японца.
— И что теперь делать? Надо вызывать замену. Кто-нибудь из девочек приедет...