— Ну и правильно. Неча киснуть. Развлекайтесь, давайте. К нам-то он заедет или как? Соскучились мы.
— Сейчас спрошу. Сень, мама спрашивает, домой заглянешь или к себе сразу уедешь?
— Дай телефончик. Привет мамуль. Заеду, конечно. Провожу эту кулёму до дому, а то вдруг по дороге украдут. Шибко уж она у нас красивая получилась. — шутливо говорил в трубку брат, отмахиваясь от Кати. — Мам она дерётся, отдаю ей телефон обратно.
— Кать хоть ты и просила не говорить, но я всё же скажу. Женька живёт в вашем дому, один. Ирка не с ним, У Клавки живёт, он её только в город зачем-то возил. К нам приходит почти кажный вечер. Аринка, так и не разговаривает с ним. А с отцом они говорили. Вот только отец не сказывал мне, о чём.
— Ладно мам, спасибо тебе за всё. Я ещё позвоню. До свидания.
— До свидания, дочка.
Прогулку молодые люди завершили в ресторане. Поужинав, расстались до утра следующего дня.
Так как подъём предполагался ранний, брат с сестрой приняли душ и легли спать. Утомившись, насыщенным впечатлениями днём, Екатерина впервые спала без сновидений.
В семь часов утра они садились в машину, в которой уже сидел Александр. Их путь лежал в бухту Предзнаменований в таинственный фьорд Балаклавы. Катя уснула почти сразу, как они тронулись, и проснулась уже на месте.
В прибрежном кафе их ожидала экскурсовод, симпатичная невысокая девушка лет двадцати пяти. Они позавтракали под рассказ Лизы об истории этого необычного городка и фьорда. После завтрака совершили небольшую пешую прогулку по набережной, удивляясь тому, что дома стоят практически у само́й воды. Оказывается, в этой бухте, никогда не бывает штормов. Полюбовались, высившимися над набережной развалинами средневековой генуэзской крепости Чембало. А потом была прогулка на катере.
Молодые люди слушали интересные истории, что рассказывала Лиза. Купались, любовались играющими в воде дельфинами и, конечно же, азартно рыбачили. С визгом, с воплями, с хохотом. Александр активно переживал за Катю, он вообще весь день ненавязчиво ухаживал за ней. А Лиза болела за Сеньку. Но победила дружба. Пойманную рыбу для них тут же запекли на мангале. И они с удовольствием её съели, запивая вином.
Поздно вечером катер пристал к причалу неподалёку от санатория, и молодые люди расстались до следующего дня.
Глава 5
Евгений припарковал машину на стоянку возле кафе «Венецианский дворик» и зашёл внутрь. Быстрым взглядом окинув помещение, он направился к столику в глубине зала. Возле большого панорамного окна сидел светловолосый мужчина в голубой рубашке и серых брюках. Пиджак от костюма висел на спинке соседнего стула.
— Здорово, Никитос, — Женька протянул ладонь однокласснику и другу детства, вставшему навстречу.
— Привет, брат, — Никита пожал ему руку, и мужчины обнялись, по-дружески похлопывая друг друга по плечу. Орлов, улыбаясь, произнёс, — Рад тебя видеть, дружище. Это ж, мы с тобой, с января не встречались. Вот ведь время летит-то.
Мужчины сели.
— Ну давай рассказывай, что у тебя приключилось? — спросил, не откладывая разговор в долгий ящик, Никита, — И что это за вид такой унылый? С Катей поссорились, что ли? Или на работе проблемы
Женька потёр ладонью подбородок и предложил, — Слушай Никит, это долгая история, и довольно неприятная. Я бы вначале пообедал. Есть уж больно хочется.
— Ну давай, у меня тоже ещё сегодня с утра маковой росинки во рту не было — согласился Никита. И они, сделав заказ официанту, неторопливо ели, перебрасываясь, ничего не значащими фразами. А когда им принесли кофе, Евгений наконец заговорил о том, что его беспокоило.
— Никит, выслушай меня и не перебивай, пожалуйста. Поверь, рассказывать об этом кому-либо, мне, честно говоря, стыдно и неприятно, да и не хотелось бы на самом-то деле. Но мне очень нужен совет и взгляд со стороны. Честно говоря, я в полном дерьме и не знаю, как оттуда выбраться.
— Начало, уж какое-то слишком пессимистическое. Мне что-то уже страшно делается. Но хорошо, я слушаю тебя.
— Знаешь, не знаю, даже с чего начать. Может, с конца. Я ушёл от Кати и подал заявление на развод.
— Ох, ты ж! Ну ничего себе! — присвистнул Никита, — Извини, друг, не сдержался. Ошарашил ты меня. А причина?
— А причина? Моя предполагаемая неверность и беременность двойней другой женщины.
— Даже так? Мне казалось, что ты просто безумно любишь свою Катьку, — Никита недоверчиво посмотрел на Евгения, — Погоди, а почему предполагаемая?
— Предполагаемая, потому что сомнения появились, поэтому и нужен совет, — Женька тяжело вздохнул и произнёс. — Тебе не казалось, я действительно люблю Катю. Я её больше жизни люблю.