- Да, постарайся. Иначе на кой чёрт тебе голова и руки, если не можешь делать свою работу.
- А кто ж тебе будет латать войнов твоих? - скрипучий смех.
- И почему ты до сих пор с языком ходишь? Не боишься, что отрежу? - знаю, что не боится. За это её и уважаю. Всегда говорит правду.
- Не отрежешь … Потому что ненавидишь, когда перед тобой лебезят и лгут.
- Хорошо меня знаешь? - приподнимаю бровь, но при этом никак больше не выражаю эмоции.
- Да, - отвечает коротко и смотрит прямо на меня своими проклятыми глазами. Знаю, что хочет увидит что-то. Хмыкает и разворачивается, перед этим склонив голову. Знает, что не убью её, других бы давно казнил. Но не её, верная она. А верность в наше время очень дорого стоит.
- И даже ничего не спросишь? - стоит ко мне спиной, но голову в бок повернула.
- Нет. Всё равно не поверишь. Погибель в ней твоя. Она сейчас спит, после моего чая. Проснётся не раньше завтрашнего утра, - поворачивает голову и уходит.
***
Старуха Зарма хорошо его знает. Как только взглянула в детстве в его в глаза, поняла, что будет жестокий правитель и лидер. Что многие будут склонять перед ним головы. Много крови он прольёт в пустыне. Много крови прольёт, выгрызая свою территорию.
Не поверил, что девчонка станет погибелью его. В ней его слабость. Хоть он ещё не признался себе, но глаза и действия выдают. Главное, чтобы понял раньше.
***
- Лазутчиков засекли, - подходя, сказал, Камаль. – В несколько километров. Что-то затевается. Думал, будет засада по дороге сюда.
- А она и будет. Возьми пять человек и разведай местность. Надо подготовится. Они могут напасть в любой момент, - знаю, что будет заварушка, главное от деревни подальше. К вечеру прибудут ещё люди. С таким количеством как сейчас мы не справимся. – Командуй, Камаль.
Всё также стою возле хижины старухи Зармы. Такое дикое желание одолевает зайти туда. К ней. Старая ведь, поэтому ушла. Хотя знаю, что она только в своей хижине и торчит здесь. Думает, что подамся искушению. Не приняли её местные в деревне. Некоторые ненавидят, некоторые бояться, обходят стороной. Если бы не мой приказ о неприкосновенности, сжили бы старую давно. А следом одолевает злость. Сживаю кулаки, никогда не терял головы из-за шлюхи. Поскорей бы её трахнуть, может легче станет и не буду постоянно думать о ней. Член стоит колом. Я в предвкушаю как она будет стонать подо мной. Как только заживёт спина потребую своё. Я не намерен больше терпеть. Даже разрядка с местной шлюхой не помогла. Но ничего. Как там в России говорят: «запретный плод сладок»? Дааа, по-другому и не скажешь.
Надя.
Проснулась я от лучика света. Да, мне определённо лучше. Теперь я точно уверена, что без рук травницы не обошлось. Надо же, даже ночью не ворочилась, как уснула в одном положении так и проснулась. Тело занемело так, что в икрах проходит лёгкая судорога. Надо срочно вставать. Приподнимаюсь и замечаю таз, стоящей рядом с тумбой. А на самой тумбе новый перевязочный материал. Закончив с утрешними мероприятиями и обработав раны, принялась ждать Зарму, чтобы та помогла мне со спиной. Одежду мне не дали, поэтому что я пытаюсь обмотаться простынёй. Но как только делаю первые шаги, цепляюсь за край и простыня соскальзывает, но я успеваю схватить в последний момент на уровне бедер. «Успела» говорю себе, подняв голову и встречаюсь с чёрными впадинами. Взгляд такой колючий, острый, голодный. Столько похоти в нём. Понимаю, что если захочет взять у меня не хватит сил противостоять. Знаю точно, что не дамся, до последнего буду биться. Поднимаю резко простыню на себя, чтобы прикрыть грудь.
- Вижу лучше уже, раз встаёшь самостоятельно, - говорит спокойно, расслабленно. Идёт на меня не спеша, с грацией хищника. Он и есть хищник, который увидел свою жертву и ждёт момента, чтобы сделать решающий смертоносный бросок. Я понимаю, что эта расслабленность мнимая, стоит мне сделать резкое движение и произойдёт неизбежное. Молчу, он уже подошёл в плотную. Вижу как дёргается кадык верх-вниз.
-Молчишь. Я надеюсь это только по тому, что ты усвоила урок, - подносит свою руку в моей щеке и хочет прикоснутся, а я отшатываюсь чуть назад, словно от пощёчины. Из-за страха. Я боюсь, что он может мне ещё боль причинить. Этот монстр может только так.
- Не усвоила, значит.
Что я наделала? Сердце стучит так, как будто я пробежала стометровку. Выдох, поднимаю взгляд и смотрю прямо в дьявольские глаза. Не понравилось как отреагировала. А как можно после того, что он сделал, можно спокойно выносить его прикосновения? Не хочу, чтобы ко мне прикасался. Мне противно даже находится в одном помещении с ним. Но кто я такая, чтобы учитывались мои желании? Опускаю глаза, лишь бы не смотреть в глаза-смерти. Кулаки сжаты сильно, что даже костяшки начинают белеть. Такое ощущение, что вены на руках сейчас просто лопнут от напряжения.