Даже не обращаю внимание на саднящие ощущение в спине, чувствую как что-то тёплое течёт по спине. Да, видимо корочку всё-таки содрала.
Перевожу взгляд на постель и вижу пятна крови, а ещё лежит моя хоть какая-то защита- простыня. И теперь до меня доходит, что все эти секунды я была голой по пояс перед ним и теперь понимаю, почему он остановился и пристально смотрит на меня своим плотоядным взглядом. Прикрываюсь ладошками. Благо моя грудь не такая большая, первого размера и я могу полностью закрыть её. Фиксирует каждое моё действие, как фотоаппарат, а глаза его полыхают. Мне даже кажется, что я вижу в них языки пламени, которые могут спалить за доли секунды. Это потом я пойму, что это от солнца отражаются лучики, но сейчас очень стало страшно. Как будто сам дьявол спустился с преисподней и хочет забрать твою душу за все грехи.
Дышу тяжело, смотрю прямо на дьявола и жду его действий, хотя сама пытаюсь замереть на месте. А он всё продолжает смотреть на мою грудь. Слышно за окном разговор жителей деревне, но даже он не перебивает шумное дыхание и частые вдохи «господина». Его грудная клетка так подымается как будто он только что переплыл целый океан и сейчас пытается восстановить дыхание. Спускается вниз, прожигая каждую клеточку моего тело, останавливается на моих бедрах. Сейчас на мне надето обычное хлопковое нижние бельё, вижу как движется его кадык. А меня начинает бить мелкая дрожь. Нет, это не возбуждение. Я сама пока не могу понять, но это точно не оно.
Смотрю то на простыню, то на шейха и думаю как бы успеть её прихватить, прежде чем он достигнет меня?
- Да, будет весело. Но надеюсь ты не сломаешься. Останешься такой же дерзкой, несгибаемой, своевольной. - говорит он хриплым от возбуждения голосом. Идёт на меня теперь уверенно, не желая больше церемониться.
Чёрт, выхода нет, но и бездействовать я не могу.
Снимает с себя джалабию, кидая её в дальний угол. На лице всё тот же звериный оскал, но теперь мне становится по-настоящему страшно. Если он возьмёт силой, я не смогу оправится, я не буду после этого прежней. Если буду сопротивляться, будет только хуже. Замкнутый круг. Мне не победить этого гладиатора, со стальными бугрящимися мышцами, которые перекатываются под кожей, словно расплавленное железо. Татуировка, что увидела ещё в палате ему к лицу. Змея. Она его олицетворяет. Его тотем.
Усмехается, видит мой страх, мою безысходность, мою беспомощность. Знает, что мне никто не поможет. Подносит руки к верёвке от белых свободных штанов и начинает медленно развязывает, при этом не сводя с меня своего плотоядного взгляда. Прямо в глаза. Прямо в душу.
Тук-Тук. Тук-Тук. Тук-Тук. С каждой секундой быстрее. Сердце бьётся так часто, что мне, кажется, что оно может остановится от такой скорости. Сжимаю крепко простыню, как утопающий за спасательный круг, что аж костяшки белеет.
Штаны падают к ногам, открывая вид на голого шейха. Сглатываю слюну и ком в горле, но это не помогает. Он меня не только раздавит, своим весом, но и порвёт своим членом. Крупный член, с синими обвитыми венами, с большой светло-багровой головкой. Чёрная поросль волос с завитками. Я хоть и рожавшая уже, но при данных обстоятельствах он навредит мне без подготовке. А глядя на его ухмылку, понимаю, что никто со мной церемонится не будет.
Идёт на меня, обходя лежанку. А я автоматически делаю шаг назад и ещё один, а затем опираюсь о рабочий стол травницы. От страха начинаю дышать через раз. Зажмуриваю глаза с такой силой, что перед глазами начали мушки летать.
- Открой глаза, Нунна, - говорит спокойным голос, но шумное глубокое дыхание выдаёт его возбуждение. Стоит близко, что ощущается жар от его тела и запах мускуса вперемешку с раскалённым песком.
Подходит ещё ближе, что теперь он прикасается головкой члена о мой живот. Рефлекторно, втягиваю его, чтобы не соприкасаться с ним, но когда выдыхаю, задеваю. Он горячий настолько, что, кажется, оставляет ожоги на моей коже и такой бархатно-мягкий.
- Повторяю в последний раз, Нунна. Не усугубляй и так плачевное для себя положение, - слышится раздражение в его голосе и скрытая угроза, хотя какая она скрытая. ПРЯМАЯ, что ни на есть угроза. На этот раз делаю, что он велел.
- Я тебя предупреждал ведь, Нунна. А за то, что ты сделала, я могу не только вырезать твой язык, но и….- специально недоговаривает. Хочет, чтобы сама додумала.
Стою всё также, опираясь руками о стол и смотрю прямо в чёрные глаза шейха. Сердце стучит как автоматная очередь. Язык прилип к нёбу, даже пошевелить им не могу от страха. В глазах скапливается влага, но я себе пообещала, что эти нелюди больше не увидят моих слёз, поэтому кусаю внутреннюю сторону щёки.