- И только попробуй завтра что-нибудь вытворить. - уходит, громко хлопнув дверью
Ноги подгибаются.
- АААААААА, - кричу в голос. Громко. Надрывно, как раненый зверь. Крик отчаяния. Воздуха не хватает в легких. Грудь жжет. Мама, как же мне плохо и больно. Я чувствую физически, как моя грудь превращается в фарш. Кто-то прокручивает мое нутро через мясорубку. Кто-то упивается моей болью, которая хлещет, как вода из фонтана. Мне не хватает воздуха. Хватаю его, как рыба на суше. Мне адски больно. Хочется вырезать из груди все, что причиняет боль, словно это доброкачественное новообразование и жить дальше, приняв новые правила игры. Но это... невозможно.
Мама.
Мамочка.
Пожалуйста.
Дай мне сил вытерпеть. Молю!
Как же хочется очутится рядом с тобой, чтобы почувствовать безопасность. Как в детстве. Только сейчас я уже не ребёнок.
- ААААААА, - в последний раз. Самый долгий, пытаюсь выплеснуть все боль. Всю ненависть, но это чувство въелось в меня. Прижилось. Срослось на химическом уровне. - Как же я тебя сейчас ненавижу, Иман ибн Сахим. Чертов арабский шейх, - поднимаю голову, вытираю соленые дорожки слёз.
Глава 1
Я, Надежда Смирнова, медсестра хирургического отделения. Ещё, буквально, неделю назад у меня было всё: любящая семья, дочь, работа, имя, планы на будущее, а что имею сейчас? Ненавистный мне дворец, статус шлюхи у сына шейха, моя дочь находится в дали от меня, родители, которые не знаю куда пропала их дочь и жива ли она? И это моя история.
Ура, наконец-то, я выхожу на свою любимую работу после двухнедельного больничного. Как же соскучилась по беготне в отделении, по общению, по коллегам. Но этот день перевернёт всю мою жизнь.
Лето. Середина июля. Сегодня прохладно и намечается дождь. Но так как я по жизни оптимист и ищу везде плюсы, не расстраиваюсь. Иду собирать свою любимую дочурку в садик и параллельно сама собираюсь.
- Солнышко, - зову свою кроху- вставай. Пора в садик собираться.
Смотрю на Еву и не могу понять, куда бежит так время? Ещё вчера была такая маленькая, а сейчас ей уже два года. Мама говорит: «Надь, она копия ты. Такая же была в детстве». Маленький носик, кудрявые светлые волосики, только у меня волосы светлые, густые и прямые. Глаза цветом морской волны. Детская ручка под щёчкой, слушаю мирное сопение, так и хочется наплевать на работу и лечь вод бочок, прижавшись к ней.
- Ни качу, - отвечает эта соня, своим детский сонным голоском.
- Нет, солнышко, так дело не пойдёт. Мы ведь с тобой выздоровели и пора теперь трудиться. Тебе ведь нравится в садике. А что сейчас?
- Ни качу. Я спать качу, - да, так мы точно опоздаем. Беру на руке Еву и отправляюсь в ванную комнату.
Захожу на излюбленное всей семьёй место – кухню, где мы любим собраться большой дружной семьёй за чашечкой чая или вечером за настольной игрой.
Светло-бежевые обои, большая рабочая зона с новым кухонным гарнитуром слева, наш новый стол справа. Мы ведь совсем недавно сделали такой долгожданный ремонт. И мама, которая сейчас стоит за столом и готовит для нас завтрак – омлет и бутерброды с чаем. Подхожу к ней, целую в щёчку и как всегда вдыхаю такой любимый аромат – запах близкого, любимого человека.
- Доброе утро, мам, - смотрю на неё и не могу налюбоваться. Для своих сорока трёх лет мама хорошо выглядит, я бы сказала, что даже и не дашь сорок три года. Русые волосы средней длины, закрепленные заколкой-крабом, морщинки- паутинки вокруг глаз, которые её совершенно не портят. Как же я люблю своё семью, моя семья – моя крепость. Это поддержка, это пример, это любовь.
- Доброе, дочь, - целуя в ответ, отвечает мама. – готова к трудовому дню?
- Конечно, - тут же отвечаю, без промедления. Я люблю свою работу. Получаю удовольствие, когда помогаю больным людям, когда они выписываются с отделения с улыбкой на лице. Это того стоит.
Завтрак проходит как всегда оживленно, каждый делится планами на день и на неделю.
- Ева, а ты что будешь делать сегодня вечером? – я приду только ведь завтра утром после смены.
- Бррр…., би-би, - отвечает быстро и поднимает ручки, которые сжала к кулочки, показывая что куда –то поедет. Моя дочь очень любит машины, особенно кататься. Не понимаю от куда такая любовь у неё? Но потом вижу по глазкам, что загрустила, поняв, что вечером я не смогу её забрать с садика и мы не сможем полепить и порисовать вместе, как это делали каждый вечер.