Подношу ладонь к слегка румяной щеке, в желание прикоснутся. Но она отшатывается, смотрю прямо в её небесные глаза и ничего кроме страха там не вижу.
- Не усвоила, значит.
Не выдерживает взгляд и опускает голову. Дышит часто и теперь грудь так поднимается соблазнительно, что хочется в секунду опрокинуть на лежанку и захватить в плен её сосок до тех пор, пока не начнёт умолять, чтобы я её взял. Но хочу продлить удовольствие.
- Не прикасайся ко мне, - говорит так тихо, едва слышно. До смерти боится и всё равно противоречит. Явно отсутствует инстинкт самосохранения у неё.
Сокращая расстояния до минимума и ей с её ростом приходится задрать голову так сильно, что даже у меня свело мышцы на шеи.
-Нунна… - специально растягиваю её имя, которое полностью её характеризует. Такая маленькая, хрупкая. Дотронься до неё и сломается. – А что же ты будешь делать, когда я буду тебя трахать? Не отвечай, мне плевать. Потому что как только заживёт спина, я возьму тебя, как степную кобылу и буду трахать до изнеможения… Хотя знаешь, я могу и сейчас тебя взять. И правда, что я тяну? –говорю медленно, а в мыслях уже вхожу в неё, уверен она привет меня полностью.
- Добровольно уже никто не даёт? - лучше бы ты молчала. Упрямая, до сих пор не обращается ко мне как положение, но так даже интересней. Никто так со мной не общается как она. Хватаю резко за руку и тяну на себя так, что она щекой прислоняется к моей коже на груди, а правой ладонью упирается в живот. Вздрагиваю от её прикосновения, как от разряда тока. Так хочется, чтобы она своими прохладными ручками взяла мой член и остудила его. Но она делает другое.
Выдыхает, опаляя своим жарким дыханием, разнося по телу нестерпимый жар и дикое желание обладать этой женщиной в сию минуту.
Набрасываюсь на её сочные губы с нестерпимой потребностью. Да, её губы, её вкус гораздо лучше, чем я думал. Жар, с привкусом мёда. Хочу продлить эту минуту и теперь смакую каждую губу отдельно. Сначала верхнюю, всасываю её, покусываю и следом обвожу языком. А эта девчонка ещё сильней сжимает их, чтобы не начал трахать её рот своим языком, но тебя это уже не спасёт. Трепыхается, как бабочка в руках своего мучителя, пытаясь от меня отстраниться, но это сильней только меня подстёгивает на дальнейшие действия.
Обхватываю её талию одной рукой, соприкасаясь с её кожей, осознавая, что сжал, как тиски, но с ней по-другому не могу. Как одержимый ею. А другой рукой фиксирую её голову, чтобы не брыкалась.
Резко расслабляется, как будто смирилась, что сейчас будет, но я пониманию, что она что-то задумала и в эту же секунду ощущаю лёгкую, ещё сильней возбуждающую боль в губе. Эту сучка меня укусила. Молись, Нунна, пощады не будет.
- Ах, - слышу из её губ. Хрупкая, даже силы не применял, просто выставил руку.
Перекатывается на другую часть и думает, что её это спасёт от меня. Вижу как мечется между мной и простынёй, в надежде прикрыться, думает успеет или нет.
Меня забавляет эта ситуация и поэтому ухмыляюсь.
Прикрывает свои полушария рукой и теперь вид становится ещё провокационней. Как поднимается от частный вздохов её грудь, как смотрит на меня своими оленьими глазами. Спускаюсь ниже, бёдра широкие, белое тряпка на них. Член настолько возбуждён, что кончу как только дотронусь до её кожи.
За это время чертовка успевает прикрыться простынёй, шустрая, оказывается.
Снимаю джалабию, тело в напряжении, что мышцы подрагивают от легких движений. Берусь за верёвки от штанов, при этом смотрю прямо на девчонку. Специально медленно, вижу как в глазах кроме страха появляется безысходность. Поняла, что это неизбежно и только она виновата в этом, что трахать я её буду раньше, чем задумал.
Как только штаны падают к ногам, её взгляд перемещаются на мой колом стоящий член. Смотрит расширенными от страха глаза, а ствол подрагивает от такого напряжение.
Иду уверенно, больше не намерен терпеть дикий дискомфорт вперемешку с болью в паху. А Нунна отступает, пока не опирается о стол. Страх её настолько заполнил, что она жмурится, как ребёнок.
- Открой глаза, Нунна, - говорю спокойно, но только Аллах знает, что за бездна похоти меня засасывает. Подхожу настолько близко, что член соприкасается с горячей кожей живота. Она дёргается как будто уже ей всунул, и в надежде избежать прикосновения, пытается втянуть в себя живот.