- Я долго буду ждать? Пошла, - говорит грудным голосом и прищуривается. Такое ощущение, что он не здешний. Как-будто … – Быстро.
Сделав пару шагов вперёд, он разворачивается на сто восемьдесят градусов и выходит. Уверен, что я последую за ним.
Разве я могла по-другому? Конечно, нет.
Шли мы не долго, примерно минут пять. Проходя небольшую площадь, которая находилась посередине деревне, как я поняла, стоял небольшой помост, на которых стали подниматься три девушки и три мужчины. Замечаю, что шаг стал медленнее. Странно? Как будто этот мужчина хотел мне показать, что будет происходить на «сцене». Эта площадь была несильно большой, а проходили мы вдоль помещений, но лица женщин можно было разглядеть. Лица кажутся знакомыми, и я начинаю вспоминать, что это те женщины, которые в меня бросали камни. Только не это…
Но мои худшие опасения не оправдались.
Женщины начинает вставать на колени. Какой-то мужчина перед каждой ставит низкий табурет. Кажется, что они смирились, потому что слова не проронили, взгляд опустили и смотрят в землю, сжав руки на табурете.
Мужчины между тем, встали напротив каждой женщины и достают со спины чёрный кнут. Народа всё становится больше, спустя несколько секунд раздаются всхлипы. Перед тем как завернуть в сторону, насчитала уже три удара. Пройдя ещё несколько метров, мы вышли на постройки. Длинные деревянные, с отсутствием окон, вместо них просто отверстия под них. Двери раскрыты, пройдя через порог, я понимаю, что мы попали наподобие больницы. Довольно большое помещение. Свет только от окон и тусклые лампочки по середине, которые вечером, думаю, приносит больше раздражение, нежели света. Койки для пострадавших стоят в три ряда по левую и праву стороны от входной двери. Небольшая рабочая зона, на которой находится инструменты и перевязочный материал располагается по правую сторону посереди «лазарета». Здесь люди, которые пострадали вчера при нападении. В здании стоит неприятный запах: запечённой крови, грязи, пота, не спасает даже отсутствие окон. Покалеченных много, кто-то стонет, кто-то спал, между больными ходил мужчина лет шестидесяти с коричневой сумкой через плечо и оказывал помощь. Уставший, изможденный, явно устал один оперировать и перевязывать.
- Ибрагим, посмотри ша…- он не договаривает, смотря на меня, а потом просто смеряет меня омерзительным взглядом. Как же от этого всего противно. Что я ему-то успела сделать? Вот, не ужели у них нет детей? Девочек? Если бы с их дочерьми такое произошло? Никому такое не пожелаю.
- Не смотри так на мужчин, если твой господин узнает, не поздоровиться не только тебе, - говорит мужчина грубый тоном, но спасибо, что не оскорбляешь.
- Как закончишь, я буду за дверью. Пойдём другим путём. По сокращённому, - сказав, он сразу выходит. Не вижу что-либо отвечать на его реплики, хотя уверена, что я и не должна что-либо отвечать ему или им, пока мне не позволят. Как и сказал, далеко не уходит, остаётся в паре метров от двери, ибо его тень видна. Получается, есть ещё другой путь. Стойкое ощущение, что он хотел, чтобы я видела это наказание. Только что он хотел этим показать?
Тот самый Ибрагим поворачивает в мою сторону голову, смотрит на меня несколько долгих секунд, как я поняла, он ищет видимые повреждение и оценивает смогу ли я подождать, потому что есть люди, которым действительно нужна помощь. Кивнув головой, даю понять, что могу подождать. Мне какая разница. С меня не будет, а здесь действительно есть люди, которым нужна медицинская помощь, а некоторым даже хирург.
- Кхм..кхм.. кхм, - кто-то кашляет, поворачиваю голову на звук и поражаюсь тому, что перед моими глазами. КАК? Как люди могут терпеть такую боль. Я не могу сказать, что неженка, но терпеть такое и не издавать звуки, это… Я даже не знаю, что это и как назвать? Геройство или тупизм, заключающийся в нежелании показать слабость и попросить о помощи. Думаю, и воспитание свою роль сыграло.
Глава 13
Вижу, что мужчине не хватает рук и времени, чтобы подойти и хотя бы очистить раны, чтобы не возникло в них заражения. Больных больше десяти. Справа в самом дальнем углу самые тяжелые, судя по стонам. Испытываю ли я жалость к этим людям? Которые могут в любой момент избить женщину, изнасиловать её, убить её. Однозначно, нет. Но сейчас они в первую очередь пациенты. Думаю, я просто нашла спасательный круг, если можно так описать данную ситуацию. Я в своей стихии. Говорят ведь, человек ко всему приспосабливается, видимо начала адаптироваться к ситуации, а то боюсь психика моя пострадает.
По своим ощущениям уже стою здесь минут тридцать, но мужчина так и стоит сгорбившись над больным в самом дальнем углу даже голову не поднял. Может подойти? Предложить помощь? Ведь это моё любимое дело, это моя работа. Хотя бы так отвлекусь. Приняв решение, направляюсь сквозь койки с людьми.