Я не хочу плакать, но не получается.
— Это для твоей же безопасности.
Я замираю.
Вот оно. Эта фраза, как детонатор.
— Да? — шепчу я и встаю с колен. — Для моей безопасности?
Лицо папы немного меняется. Он вроде смягчается, но я не останавливаюсь:
— И что ты там искал, а? Может, сигареты? Опять думаете, что я курю?
Он моргает, не верит в то, что услышал.
— Аня, ты...
— Да, — перебиваю я. — Ты сейчас копался в моих вещах. Тогда мама нашла сигареты в моем рюкзаке, которые были не мои. Ты снова думаешь, что я вру? Что я снова связалась не с той компанией?
— Подожди, Анна, — он делает шаг вперед, но я отхожу назад на два. — Ты это помнишь?
Я не знаю, как ответить. В висках стучит. Образы из сна снова всплывают, у меня начинает жутко болеть голова.
— Это был просто сон. Но теперь я уверенна, что все было реально.
— Почему ты нам не рассказала?
— Потому что я не знала как к этому относиться! — срываюсь я. — Я не хотела! Я не знаю, что это было! Реальность или выдумка.
— Все, хватит! — резко произносит папа, подходит к кровати и хватает мой мобильный. — С меня довольно.
— Ты что делаешь?! — я маячу у папы за спиной, а он в это время подходит к столу, выдергивает ноутбук из зарядки. Провод падает, ноут чуть не грохнулся на пол.
— Ты наказана.
— Что?! — мне кажется, я ослышалась. — Пап, ты серьезно? Мне восемнадцать!
— Я больше не собираюсь смотреть, как ты теряешь голову из-за какого-то...
— Не смей! — кричу я. — Не смей говорить про Артема с таким тоном!
Папа уверенно идет к двери.
— Я все сказал. Пока не придешь в себя, сиди и думай.
— Ты не имеешь права! — бросаю ему вслед.
Но он уже выходит, хлопает дверью, и щелкает замком.
Он меня запер?
Я подскакиваю к двери, дергаю ручку. Она не поддается.
Закрыто.
— Папа! — тарабаню. — Папа, открой! Мне восемнадцать лет! Ты не имеешь права! Слышишь?! Я взрослый человек!
Но за дверью тишина, как будто он просто выключил меня из реальности.
Слезы подступают к глазам. Сердце колотится в груди так, что дышать тяжело.
— Ты не имеешь права, — повторяю уже тише. — Я люблю его.
Ноги становятся ватными, я сползаю по двери на пол, прижимаюсь лбом к прохладному дереву.
— Я люблю его, — шепчу уже сквозь горькие слезы. — И никто, даже ты, не имеешь права отнимать его у меня.
Меня трясет, я зарываюсь руками в волосы, стараясь заткнуть себя от боли, от бессилия. Все внутри сжимается. Отец думает, что он спасает меня, но он просто ломает.
Я не могу дышать.
Я просто хочу быть рядом с Артемом.
Разве я многого прошу? Почему это преступление?
Слезы стекают по подбородку, падают на пол. Я больше не сдерживаюсь.
Пусть он слышит. Пусть знает.
Я больше не маленькая.
И да, я влюблена в того, кого он никогда не примет.
ГЛАВА 41
Артём
Я в сотый раз пялюсь на экран мобильного. Гудки не идут, только надоедливое:
«Телефон выключен или находится вне зоны действия сети».
Сообщения не доставляются, звонки не проходят.
Сначала я злюсь. Потом злость выветривается и на ее месте оседает что-то другое. Пугающее. Я не из тех, кто трясется над каждым пропущенным сообщением, но это не просто девушка. Это Аня. И она никогда не пропадает вот так.
Пальцы сжимаются в кулак. Дальше ждать нельзя.
Я захожу в мастерскую Ники, где девчонки обычно пропадают за своими работами. Дверь звякает, стены заклеены зарисовками, эскизами и прочими следами вдохновения.
Прям как в мастерской у Пирата. Только у него все темное и жуткое, а тут бабочки и розовые пони. Почти розовые. Сразу видно, девчонки.
— Артём? — Ника поднимает голову, светлые волосы закручены в небрежный пучок и зафиксированы карандашом. — Ты как тут оказался?
— Аня где? — спрашиваю я сразу без приветствий.
Она удивляется, поднимается с дивана.
— Не знаю, а что случилось?
— А когда ты с ней разговаривала в последний раз?
— Мы вчера шопились, потом я отвезла ее домой. Артём, скажи, что случилось?
— У нее телефон отключен, — я подхожу ближе к девчонке. — Она тебе ничего не писала?
Ника достает из заднего кармана шорт свой мобильный, морщит лоб.
— Нет. Думаешь, она тебя заблочила? Где ты уже накосячил?
Я строго смотрю на нее. Ника шутит, но я не реагирую. Мне сейчас не до хиханек.
Она сразу это чувствует. Быстро набирает номер и включает громкую связь. Секунды тянутся, и я слышу все тот же холодный голос: