***
— Отец! — его звал Шинки. Видимо, довольно давно, но у Гаары небыло сил даже поднять веки. Весь этот месяц был тяжёлым как в работе, так и в целом в буднях. С появлением в его жизни Шинки, всё превратилось в сплошной кавардак: начальная школа, его личное обучение, кошмары, железный песок, детские капризы, побеги из дома, остатки беспризорной жизни, жалобы учителей. Вопреки всем родительским радостям, как бы ни было это стыдно и даже отвратительно признавать, Гаара больше жалел, что взял опекунство над мальчиком. Одно дело быть его наставником, а совсем другое отцом. В этом месяце ещё и пришлось заняться переработкой за все прошлые, ведь сейчас Шинки более менее освоился, значит, пора возвращаться к привычной жизни. Вот и после месячного, как минимум, засиживания допоздна, правитель заснул на рабочем месте. Наверное, он даже до дивана не дошёл и уснул прямо за столом. — Отец…!
— Да встаю я, Шинки. Не тереби рукав, оторвешь. — Гаара наконец открыл свои сонные очи. Перед ним был растрепанный Шинки, он обеспокоенно смотрел на отца. — Что случилось? Опять кошмар? — Гаара попытался придать голосу бодрости, но вышло хрипло и устало. Он потянулся, чувствуя, как затекли плечи.
Шинки отрицательно покачал головой, хмуря брови. — Нет, просто ты долго спишь. Я боялся, что что-то случилось. И еще…
— Ладно, пойдем завтракать, — сказал Гаара, беря Шинки за руку. — Нам нужен заряд энергии для нового дня. Ты ведь наверное очень голодный, раз решил меня разбудить?
— Да! Я очень проголодался! Я пока не знаю, как включить плиту… Так бы я сам приготовил и не побеспокоил вас, честное слово!
— Не нужно так говорить Шинки. Еда — естесственная потребность и как родитель я обязан обеспечить тебя этим. А ещё тебе и правда пока опасно включать плиту. — мужчины спустились на первый этаж, там и находилась кухня. Шинки сел за стол и начал что-то делать. Гаара не обратил внимания. Сейчас нужно было приготовить поесть на них двоих. Эта рутина начинала надоедать правителю, одно дело приготовить что-нибудь на себя одного, ну, на крайний случай и брату, а совершенно другое приготовить ребёнку. Тем более, что он не всеядный, засохшими сыром его не накормишь, всё-таки подрастающий организм, да и неприемлемо это. В один момент Гаара обратил внимание на Шинки и то что он делал за столом. Он рисовал что-то на бумаге.
— Что ты делаешь? — недоумевающе спросил мужчина.
— Я рисую.
— Ясно. Может покажешь, что хоть русуешь? — но мальчик только закрыл рисунок.
— Он ещё не готов. Я покажу вам позже. — ну, Гаара и не стал спорить. Просто продолжил готовку. Параллельно с этим, наконец подошло кофе. Это всё, что ему сейчас было так необходимо. Терпкий кофе словно возвращал его силы для проживания дальнейшего дня. К тому времени как простая похлёбка сварилась, Шинки закончил рисунок. Гаара небрежно расставлял тарелки с приготовленным блюдом, из-за чего жидкость пролилась на разрисованный лист бумаги. Мальчик вскрикнул от досады, пытаясь при этом убрать поскорее драгоценный листик, но тот уж на насквозь промок. Слезы подступили, грозясь выкатиться из глаз, ком подступил к горлышку, а ручки задрожали.
— Ой, извини, пожпожалуйста. Я не хотел его испортить. — удивительно обыкновенным тоном произнёс Гаара. — Ну, ничего, нарисуешь новый. Я дам тебе листочек.
— Но этот… Этот был особенный…
— Шинки, не нужно так переживать из-за какого-то рисунка. У тебя есть дела поважнее. Ты сделал уроки к понедельнику дню?
— А вам именно это важно?
— Ну, в данный момент, да. — хладнокровно ответил мужчина. Он уже доедал свою похлёбку, поэтому вскоре вышел из-за стола. Мальчик чуть ли не плакал, знал бы только новоявленный отец, что было изображено на этом рисунке…
---
Гаара встречал гостей из Конохи. Вместе с сестрой приехал и его дражайший племянник Шикадай. Шинки в это время тоже вышел из комнаты. Он, пусть и всё ещё немного побаивался встречаться с роднёй Казекаге, всё-таки хотел бы начать знакомиться с родственниками ближе, в том числе с племянником своего опекуна. Гости уже сидели за столом, мальчик подошёл к ним и громко поздоровался. Шикадай на это лишь захихикал, а Гаара недовольно посмотрел на него.