— Хорошо, как скажешь, мам. Только в магазин зайду, тоже куплю чего-нибудь.
— Ой, Шикадай, тогда купи-ка мне ещё муки и панировочных сухарей пожалуйста. Они уже заканчиваются.
— Как скажешь, мам! — кричал Шикадай уже из прихожей. — Я быстро!
— Похоже, сегодня все рады пробуждению Шинки. Интересно, как там Гаара? Напишу-ка ему. — женщина, закончив готовку, села за компьютер сына и начала переписку с братом. Она узнала про его самочувствие, дела и прочие формальности, а дальше перешла к делу.
— Как ты там? Ну, после новости про пробуждение Шинки?
— Думаю, я оживился после этой новости, а вообще, при первой же возможности я приеду и навещу его.
— Конечно навестишь, я и не сомневалась. Однако, меня интересует другой человек.
— Ты про Коджи? Не волнуйся, больше ничего Шинки не угрожает. Он под охраной, как и двое других старших. А остальные дети в приюте, их не разлучат.
— Нет, на счёт этого я уже знаю, а вот, что с ЧоуЧоу?
— А что с ЧоуЧоу? Вроде бы, всё наладилось.
— Да, но, ты же знаешь, как она обошлась в прошлый раз. И нет, ты не понял. Она ведь так и не навестила Шинки. После всего, что между ними произошло. Разве ей не интересно, как он?
Гаара замолчал на несколько секунд, обдумывая слова сестры. Он и сам задавался этим вопросом, но старался не думать об этом, чтобы не расстраиваться лишний раз.
— Я поговорю с ней. Может, у неё просто были причины. Но я выясню, почему она не пришла к нему.
Тема была закрыта, и они продолжили обсуждали другие, менее болезненные темы. Тема ЧоуЧоу оставалась открытой.
Шикадай быстро добрался до больницы. Его переполняло волнение, но он старался не показывать этого. Шикадай вошел в палату Шинки, держа в руках небольшой пакет с фруктами и сладостями. Увидев брата, он слегка улыбнулся, хотя в глазах читалось беспокойство.
— Шинки, рад видеть тебя в сознании. Как ты? — спросил Шикадай, ставя пакет на тумбочку. Шинки молчал, глядя в одну точку. Шикадай присел на стул рядом с кроватью, ожидая ответа.
— А ты долго спал. Все очень переживали. Особенно Гаара-сама. Он, наверное, уже собирает вещи, чтобы приехать. — Шикадай замолчал, наблюдая за Шинки, пытаясь понять, что происходит в его голове.
Вдруг Шинки медленно повернул голову и посмотрел на Шикадая. В его взгляде не было ничего, кроме пустоты. — Я… ничего не чувствую — прошептал он, с трудом шевеля губами. Шикадай нахмурился.
— Что ты имеешь в виду? — Шинки снова отвернулся, глядя в окно.
— Ничего. Нет ни радости, ни грусти, ни страха… ничего. — Шикадай опешил. Значит, его брат больше не чувствует ничего? Как так? Как это могло произойти? — Я и сам не понимаю, как это случилось, Шикадай. — хах, он вновь словно мысли читает, даже в таком состоянии — Расскажи мне, что было, пока я был в отключке? Что вообще произошло?
— Ам, ну…
— Я жду.
— Ну, если вкратце… То тебе вкололи какую-то сыворотку, ты стал костяным монстром и напал на нас. В общем, мы тебя обратно превратили, а потом и с твоими родственниками разобрались…
— Родственниками? О чём ты?
— Оу, ну, это уже очень долгая история. Я пока и сам не разобрался что к чему но думаю, ты об этом узнаешь позже сам.
— Что ж, интригуешь, братец. Однако, я надеюсь, что это произойдёт достаточно скоро.
— Не сомневайся! Как только выздоровеешь, так сразу…! — было заметно напряжение между братьями. Оно и неудивительно. Шикадай чувствовал себя достаточно подавлено, видя брата таким. Шинки, после непродолжительного диалога, продолжил смотреть в окно, уставившись на него, как на что-то неизведанное и непонятное. Всё таки, Шикадай решил продолжить их общение
— А всё же, жаль что ты… Больше не чувствуешь, ну… Эмоций.
— Угум.
— И это всё, что ты можешь сказать? Ты реагируешь как-то… по-другому?..
— Понимаешь ли, Шикадай. Я не сожалею, что мои эмоции и чувства пропали. Даже наоборот, я рад этому.
— Рад…?
— Да. Я хотел этого. Я почувствовал, что все эти «искренние чувства» только ранят. Когда у тебя горе, твоё сердце разрывается от боли, от радости можно запороть всё дело, влюблённость… Вообще отвратительная вещь. Хорошо что я не испытаю её уже никогда. — Шикадай с неверием слушал речь кузена. Он не понимал, как тот парень, что мог так тонко чувствовать людское настроение, сейчас становится таким? Черт, в этом всём виноват и он тоже. Если бы он тогда выяснил ситуацию нормально. Если бы не прогнал парня, то сейчас… Сейчас бы всё было совсем по-другому.
— Ты не прав, Шинки. — парень резко перевёл свой взгляд на говорящего.