- Я уверена, любая женщина достойна цветов, - попыталась ее поддержать сказала я.
Альбина Олеговна лишь молча вернулась к своей работе.
Дверь в кабинет распахнулась резко и без предупреждения со всей силы хлопнув о стену! От страху я подпрыгнула в кресле, но, для Альбины Олеговны, это казалось привычным делом – она и бровью не повела.
- Я сказала тебе, что сделаю все, что в моих силах, чтобы получить его! – на Николая Валентиновича истошно кричала…Людмила???
- Остановись! Я с тобой не договорил, - визгливый голос начальника, думаю, теперь будет преследовать меня вечно.
- Как бы не так! Если ты ничего не сможешь сделать до вечера, то я сделаю! Я сделаю так, что никому не придет в голову, что за всем этим замешана я! – и это та самая девушка которая в удивлении прикрывала рот руками? Сейчас я видела пышущую ядом дьяволицу.
Развернувшись на каблуках и даже не взглянув на возможных очевидцев этой сцены она гордо прошествовала на выход.
- Николай Валентинович, - нажав на кнопку произнесла секретарь, -к вам Романова!
- Пусть зайдет, - все еще пребывающий в гневе начальник попытался вызвериться на Альбине Олеговне, - от страха я поджала пальцы на ногах.
Женщина кинула мне поддерживающий взгляд и кивнула в сторону двери.
Глубоко вздохнув, я шагнула в клетку к разъяренному тигру. И как это у Люды всегда получается – портить мне жизнь?
Кабинет Николая Валентиновича был в той же цветовой гамме что и приемная. Стены облицованные черным мрамором изысканно подчеркивались объемными панно с плакатами рекламных компаний, в свое время принесших нам огромную популярность и славу. Каждый из этих плакатов был выполнен в черно-белом исполнении, подчеркивая консерваторский подход к окружающей обстановке. И да… у Альбины Олеговны могло быть намного уютнее если бы там, также как и здесь, присутствовали панорамные окна.
Вся мебель выполнена из натуральной кожи черных и коричневых цветов. Массивный стол руководителя был идеально чист. Едва слышно я хмыкнула, вспомнив какие завалы застала у Максима, пытающегося разобраться с проблемами в компании.
Я не говорила об этом Максиму…но главной проблемой компании лично я считала некомпетентность отдела маркетинга. И нет, у нас были талантливые дизайнеры, верстальщики и копирайтеры… Но практически каждую новаторскую разработку не пропускал в производство Николай Валентинович!
- Это слишком, -каждый раз долго рассматривая очередной эскиз, словно приговор произносил он… а потом идентичные проекты появлялись у конкурентов… Бесконечные суды по отстаиванию своих авторских прав в частном порядке ни к чему не приводили, потому как Николай Валентинович сразу впервые видел эти проекты. Остается только догадываться какой процент в денежном эквиваленте он поимел на стороне.
- Проходите Виктория, присаживайтесь, - вежливый тон начальника не умолял моих подозрений.
- Здравствуйте, - вытянувшись в струну я села на самое дальнее от руководителя место.
- Итак, вы уже в курсе о цели своего визита? – поинтересовался он оглядывая меня с ног до головы.
Откуда я могла о цели?
- Нет, к сожалению, но думаю вы меня просветите.
- Ода, я с удовольствием, - мурлыкая словно перезрелый мартовский кот он двинулся в мою сторону.
- Знаете, я стал свидетелем интереснейшей информации, полученной от наших с вами общих коллег, - то как он со мной разговаривал, мне совсем не нравилось, - Оказывается, Юрий Михайлович некоторое время назад желал поставить вас на мое место…Правда же смешно?
Но я не засмеялась.
- Вы знали об этом? – его манера поведения с дружелюбной перешла в наступательную.
Я молча кивнула.
- Не спросите, откуда у меня столь ценная информация? – сведя пальцы рук между собой он сложил их прямо под подбородком.
- Полагаю от секретаря генерального директора? – он отрицательно мотнул головой, - Тогда от того, кто подставив меня сам желал занять ваше место? – его бровь высоко поднялась заинтригованно, - Михаил Пономарев?
- Да, этот гениальный малый строит далеко идущие планы, - явно обдумывая полученную информацию произнес он, - Но ему не дотянуться до тех высот, которые вам предложили на блюде.
- О чем вы хотите поговорить? - уже без доли притворства в голосе задала вопрос я.