Пока они стоят перед кучкой ингредиентов, Кас объясняет:
— Если свечи очищены, это позволит благодати дольше задержаться на поверхности и с большей вероятностью найти перо. Иначе она имеет тенденцию ускользать в небо — это путь наименьшего сопротивления, когда ее окружают нечистые смертные существа. Кольцо из очищенных предметов успокоит ее и даст ей шанс отыскать перо. Во всех экспериментах Хранителей Знаний был использован этот принцип. Думаю, надо очистить свечи и хотя бы некоторые из трав… — Он колеблется. — И лучше всего, если человек, проводящий ритуал очищения, тоже относительно чист. Не обязательна стопроцентная чистота, но чем чище, тем лучше. И мне кажется, я сам могу быть… не вполне чист в данный момент.
Сэм озадаченно хмурится.
— Что, ты имеешь в виду из-за химиотерапии?
— Нет… — отвечает Кас неуверенно. Его взгляд на мгновение соскальзывает на Дина. — Нет, не поэтому, гм… Скорее… э… видишь ли, Сэм, некоторые физические взаимодействия имеют тенденцию, как бы это сказать… делать тебя нечистым.
— Оу… — произносит Сэм в таком ужасе, что Дин разражается смехом.
Кас продолжает, размышляя вслух, без какого-либо намека на неловкость:
— Хотя, если подумать… я не уверен, считается ли фелляция. Сэм, ты недавно получал фелляцию? Или делал ее кому-то? Если нет, то, может быть, лучше, если ритуал проведешь ты.
— Так, так, стоп! — восклицает Сэм вскакивая на ноги. — Значит так, во-первых, нет, не в последние несколько месяцев. У меня нынче затишье на этом фронте. Во-вторых, не надо мне больше ничего сообщать. В-третьих, я пойду помою посуду. Вы, ребята, тут разберитесь, кто проведет ритуал, и просто скажите мне потом, кого вы выбрали. И повторяю, если в первый раз было не ясно: больше ничего мне сообщать не надо! — Он исчезает в кухне со скоростью света.
Дин еще долго не может перестать смеяться. Кас только выглядит недоуменным.
***
Все трое не спят далеко за полночь. Кастиэль инструктирует Сэма по поводу длинной серии заклинаний и ритуалов (Сэм, конечно, в итоге оказывается тем, кто будет проводить очищение свечей). Дин тоже не ложится — по большей части чтобы составить им компанию, хотя тем временем он занимается дополнительной защитой бункера и принятием мер безопасности против ведьм.
Только поздно ночью, уже после двух, Кас наконец удовлетворяется состоянием очистки двадцати четырех восковых свечей (хотя, насколько может судить Дин, свечи выглядят точно так же, как раньше). После все разбредаются по кроватям, уставшие. Дин немного сожалеет о том, что их не ждет еще одна интерлюдия в постели — может быть, еще один минет или даже следующая опция в меню. Но, очевидно, чем чище, тем лучше. И Кас в любом случае выложился за день — усталость от химиотерапии снова настигает его. Он засыпает почти мгновенно, уткнувшись носом Дину в плечо.
Конечно, жаль, что секса не будет. Но с другой стороны, приятно и просто чувствовать, как Кас спит рядом. Даже во сне он положил руку Дину на талию. «Ты только держись», — думает Дин. Он поворачивается чуть ближе к Касу, осторожно, чтобы не разбудить его, пробирается рукой ему за плечи и позволяет себе на секунду крепко обнять его.
Кас вздыхает во сне, и его рука сжимается у Дина на поясе.
«Держись», — думает Дин снова, уже не уверенный, адресует ли он это Касу или самому себе.
***
Следующим утром раздается стук в дверь, и, когда Дин поднимается по спиральной лестнице посмотреть, кто это (как всегда с пистолетом и ангельским клинком наготове на всякий случай), на пороге оказывается Клэр. На земле снаружи видна изморозь, и Клэр выглядит замерзшей: она стоит в одной лишь хлопковой кофте с капюшоном и втягивает голову в плечи на пронизывающем декабрьском ветру, крепко обнимая себя рукой поперек туловища. Позади нее виднеется машина — жалкая на вид развалюха, припаркованная на грязной обочине разъезженного проезда.
На лице Клэр — ее обычный чрезмерный макияж и замкнутое выражение, но при виде Дина она даже слегка улыбается. Дин от души обнимает ее, похлопывая по спине, и она поддается вполне охотно. После этого Дин оценивает взглядом машину.
— Ты приехала на этом? — спрашивает он, глядя через ее плечо на видавший виды автомобиль. — А ты храбрее, чем я думал.
Клэр, фыркнув, закатывает глаза.
— У тебя весь словарный запас состоит из цитат из «Звездных войн»? — Она протискивается за дверь мимо Дина и останавливается у ступеней, глядя вниз, в комнату с картами. — Пошли, перейдем к делу. У меня на вас не целый день.
— Я смотрю, сарказм и колкости у подростков еще в моде, — комментирует Дин. — Надеюсь, после двадцати это получится проапгрейдить?
— Я тоже рада тебя видеть, — бросает она через плечо. Но при этом она усмехается. Дин со смехом прогоняет ее вниз по лестнице, после чего на минуту выходит на улицу поближе осмотреть ее горе-автомобиль. Он выглядит как груда металлолома. Дин задерживается перед ним, мысленно составляя список проблем с безопасностью: резина слишком лысая, и машина явно давно не видела техосмотра. Он подумывает о том, что надо бы загнать ее в гараж и провести краткую инспекцию, чтобы она не сломалась у бедной Клэр по пути назад.
Однако о своем решении выйти на улицу ему приходится глубоко пожалеть: стоило ему на каких-то три секунды оставить дверь открытой, как на пороге откуда ни возьмись появляются Кроули и Ровена и без приглашения проходят прямо внутрь. Кроули только кричит через плечо:
— Доброе утро, Дин! Спасибо, что предусмотрительно открыл дверь. Мы уж думали пробить стену с твоей защитой, но это как-то не по-добрососедски.
Дин матерится и бросается за ними (спасибо, что хоть не захлопнули дверь у него перед носом). Кроули и Ровена уже спускаются вниз по лестнице, и Дин мчится следом. Клэр, стоящая у стола с картой, оборачивается, и Сэм с Касом тоже уже здесь, вынули кинжалы и заняли боевые позиции.
Но никакой схватки не происходит. Вместо этого Ровена звонко восклицает, увидев Кастиэля:
— О-о, БЕДНЯЖЕЧКА! — Она семенит к нему. На ней облегающее платье ниже колен, целиком покрытое красными блестками, и такие же туфли на шпильках. Платье настолько узкое, что она, кажется, едва способна переставлять ноги, но она подплывает к Кастиэлю, передвигаясь быстрыми малюсенькими шажками. — Ах ты бедный малыш! Я так и чувствовала, что захворавшим другом окажешься ТЫ! — восклицает она. При этом Ровена, не стесняясь, берет Каса за щеки и начинает ворковать над ним, словно он полуживой бездомный котенок. Как ни удивительно, Кас не отшатывается — вместо этого он награждает ее своим самым пристальным хмурым взглядом и молча поднимает к ее горлу острие ангельского клинка. Она и бровью не поводит, только продолжает ворковать: — О-о, да ты прямо хиреешь на глазах! Фергус, мальчик мой, только посмотри на него! Просто кожа да кости! — Она трогает пальцем косичку обезьяньей шапки. — Ты потерял волосы, миленький? Фергус, у него всегда были такие прелестные волосы, так мило взъерошенные…
— Ну все, хватит! — отрезает Дин, дергая ее за плечо. Он инстинктивно занимает позицию перед Касом и даже ловит себя на том, что оттесняет его немного назад. Маневр слишком очевидный, но Дин невольно пытается создать буферную зону между Ровеной с Кроули, стоящими у лестницы, и Сэмом, Касом и Клэр, которые столпились у стола. Дин с удовлетворением отмечает, что Сэм похожим образом прикрывает Клэр.
— Что вы здесь делаете?! — вопрошает Сэм. — Я звонил только поговорить — я же сказал, что Дин сегодня перезвонит. Я не просил вас являться сюда!
Кроули пожимает плечами.
— Приглашение подразумевалось.
Ровена кивает с приторной улыбкой.
— Было ясно, что ты собирался меня пригласить. Не то чтобы нам нужен был Фергус, — она бросает раздраженный взгляд через плечо на Кроули, — но я безусловно необходима. Однако я подумала, что для него это будет полезно в образовательных целях — я считаю, надо давать ребенку возможность самосовершенствоваться при каждом удобном случае, поэтому я пригласила его исключительно понаблюдать…
— Иными словами, — говорит Кроули равнодушно, — она не могла обойти обереги на ваших стенах. Большинство из них выгорели, но, как выяснилось, есть и новые, и она застряла.