Я больше кабинетный работник.
Мне ближе и милее четыре стены моей коморки, чем общение с людьми.
Интроверт, одним словом.
Но работа есть работа, и моя должность подразумевает публичность, поэтому обычно после таких вот планерок я эмоционально похожа на выжатый лимон.
Сегодняшний день не исключение.
А мне ведь еще день работать…
— Дарья Васильевна, зайдете?! — зовет Кошмарыч, когда все уже расходятся и гуськом, точно детки после утренника, покидают зал совещаний.
Смотрю на него во все глаза, а в голове вымышленная картина того, как он, пыхтя и задыхаясь, тащит мою немалую тушку на себе.
Не могу! Вот не могу сейчас ему в глаза смотреть!
Надо храбрости, что ли набраться...
— Дарья Васильевна обещала мне всю финансовую раскладку, — неожиданно рядом возникает Быков. — Ты ж сам сказал. Прости, но у меня время поджимает.
С этими словами он красноречиво смотрит на наручные часы.
— Да, я забыл. Идите, конечно, — с неясной досадой говорит босс. — Зайдете потом ко мне, Дарья.
Всю жизнь была Дарья Васильевна, а теперь внезапно Дарьей стала.
Трясу головой, стараясь выкинуть лишние мысли о боссе и разного рода странностях в его поведении, и быстро иду в сторону своего кабинета.
Быков шагает следом, и как только мы оказываемся в моем кабинете шутливо выдает:
— Строгий у вас начальник, Дарья Васильевна! Не надоело работать под его гнётом? А то вы только намекните. Такие специалисты, как вы, мне очень нужны.
Сажусь в свое удобное кресло и с искренним недоумением смотрю на молодого мужчину, не зная, как реагировать на подобное.
— За столь высокую оценку моих скромных качеств, конечно, благодарю, но с чего вы решили, будто меня что-то не устраивает? Константин Александрович – прекрасный руководитель.
— Ну, надо же, — хмыкает Быков. — А инженера и сметчики от него воют. Видимо у него к вам особая симпатия.
Сказал и лыбится, нагло стреляя глазами мне в декольте. Оно не такое уж и глубокое, но с учетом моих форм все равно довольно аппетитное.
Черт меня дернул сегодня вырядиться…
С трудом подавив детское желание прикрыться, быстро кликая мышью по экрану, отправляю на печать несколько файлов с таблицами.
— К сожалению, готовой презентации у меня нет. Поэтому придется поломать голову над таблицами, — предупреждаю я, складывая все это добро в отдельные файлики.
— Не переживайте, разберусь. У меня экономическое образование.
Хотелось сказать, что его наличие еще не даст секретный ключ к полной расшифровке таблиц, но сдержалась. Не мое это, как бы, дело.
Босс приказал – я выполнила.
Быстро объясняю мужчине, что к чему, где посмотреть основные показатели, на что обратить внимание. Он внимательно слушает, делает какие-то свои пометки на полях и, к его чести, не перебивает.
— Все понятно? — спрашиваю я у Быкова после того, как все подробно ему разжевала.
— Более чем, — с довольной улыбкой кивает он. — Можно еще вопросик?
— Конечно.
— А что вы делаете сегодня вечером?
Глава 4 Самый вредный босс
Дарья
Сказать, что я ошарашена, ничего не сказать.
— Простите? — хрипло выдыхаю, думая, что ослышалась.
— Хотел бы пригласить вас, Дарья, на свидание, — совершенно серьезно произносит мужчина и смотрит на меня с легкой, чуть хитрой улыбкой.
Находясь в совершенной растерянности и не зная, как относиться к такому повороту событий, стою ни жива, ни мертва, а щеки мои, между тем, покрываются жгучим румянцем.
Свидание?
Не помню, что это такое.
Последний раз я была на свидании больше девятнадцати лет назад.
Господи, что говорить-то в таких ситуациях?
— Павел… м-м-м, — из головы вылетает, как Быкова по батюшке.
— Можно просто Павел, — подсказывает он, и глаза его начинают искриться от самого настоящего веселья.
С трудом беру себя в руки и, выпрямив спину, с достоинством говорю: